Когда я простился с де Пуленом в прошлый раз, мой соглядатай проследил за ним и выяснил, что господин Трибо отправился в дом Корина де Мозера, где в скором времени объявился и мой соперник, Лафет. Таким образом, все мои подозрения получили подтверждение. Мне осталось затаиться и ждать, когда противник заглотит приманку.
Де Пулен приветствовал меня в своём служебном кабинете и сказал:
– Вынужден с сожалением сообщить вам, господин Пасиль, что мои компаньоны отклонили вашу кандидатуру.
Я был настолько искренне разочарован, что мне даже не пришлось притворяться, а мерзавец граф в сочувственном жесте распростёр руки.
– Я убеждал компаньонов, что через общих друзей могу поручиться за вашу честность и порядочность в делах, но сейчас мы вовлечены в предприятие особо деликатного свойства, требующее знания подноготной каждого вкладчика.
Иными словами, они сомневались, что могут доверять мне.
– Ну что же, граф, может, в другой раз…
Де Пулен удержал меня за рукав.
– Видите ли, господин Пасиль, помимо прямых существуют ещё и обходные пути.
Я с трудом подавил усмешку.
– Люди, которые являются моими партнёрами в этом деле, скажем так, более платёжеспособны, чем я…
– И что вы предлагаете, господин Трибо?
Он снова выразительно распростёр руки.
– Сделаться партнёрами нам с вами в обход остальных. Я продам вам часть своей доли в предприятии.
– Звучит заманчиво, но мне хотелось бы узнать побольше о самом предприятии.
– Дорогой друг, хоть мы знакомы совсем недавно, я уже люблю вас, как брата. Разумеется, вы будете извещены обо всех подробностях предприятия. Однако, согласитесь, осторожность с моей стороны вполне оправданна, я ведь знаю вас всего каких-то пару дней.
Я расстался с де Пуленом и пообещал нанести ему визит через два дня. На душе почему-то скребли кошки. Я вспомнил об Элоизе, представил, что она обо мне думает…
Когда я вернулся на постоялый двор, трактирщик сообщил мне ошеломляющую новость:
– Прибыл ваш брат, господин Пасиль. Он дожидается вас наверху, в вашей комнате.
Я поблагодарил трактирщика и стал подниматься по лестнице, хотя меня так и подмывало развернуться и пуститься наутёк. Какой брат меня мог дожидаться?!
В коридоре верхнего этажа я обнажил шпагу. Охоты проливать кровь совершенно постороннего человека у меня не было ни малейшей, но другого выхода я не видел. Не прикончу «братца», меня возьмут в оборот или пройдохи вроде графа Трибо, либо ловцы, либо королевские солдаты. Что-то пошло не так, случилось то, чего я не учёл или не предвидел.
Я собрался с духом, сделал глубокий вдох и с клинком наготове ворвался в свою комнату.
Одноглазый мужчина поднял на меня взгляд с постели, на которой он пребывал в компании баклаги вина и какой-то шлюхи.
– Эй, бастард, убери-ка шпагу. Разве я не твердил тебе много раз, что фехтуешь ты не лучше покойника?
Рикус отослал проститутку, а я уселся в кресло, закинув ноги на задник кровати, в то время как мой гость блаженствовал на подушках. Его левая глазница была скрыта под чёрной нашлёпкой, при виде которой я покачал головой.
– И как зовут эту кралю, братец? Мадлен? Рилия? Аулина?
– Называй её скромно – герцогиня.
– Ага, стало быть, герцог, вернувшись с войны, застал тебя в постели со своей супругой. Полагаю, кузиной императрицы, никак не меньше.
– Бери выше, кузиной самого Тёмного. Только представь, она сама отправила герцогу донос – у них, видишь ли, наметилось охлаждение, и ей пришло в голову, что ревность вернёт супруга в её объятия.
– Ясно. А что, глаз у тебя сильно болит? – спросил я сочувственно.
– Глаз? Да совсем не болит. – Рикус приподнял повязку и показал красную пустую глазницу. – Ну как, скажи мне, может болеть то, чего больше нету?
– Поединок на шпагах?
– Нет, всё было далеко не столь благородно. Слуги держали меня, а герцог лупил. Выбил мне глаз и, поверь, выбил бы второй, но я вырвался и удрал.
– И ты не перерезал ему глотку или хотя бы тоже не выколол глаз?
– Нет, глотка герцога цела, и оба глаза на месте. Но мочится он теперь через соломинку.
– Хорошая работа. А как тебе удалось изувечить герцога и остаться в живых?
Рикус усмехнулся.
– В таком деле главное – побыстрее двигаться. Я нанял толкового слугу, который покинул Ренивьеду за неделю до моей мести и оплатил на всех почтовых станциях по пути следования в Калион сменных коней для экипажа господина Рикуса. Я, мой друг, ехал почти не останавливаясь, но когда услышал о гладко выбритом мужчине со шрамом на щеке, отважно спасшем от разбойников красавицу, то сразу подумал: ну кто это ещё может быть, кроме моего старого друга? Ну где вы найдёте другого такого дурака, который, вместо того чтобы присоединиться к грабителям, полезет с ними в драку?
…Я рассказал Рикусу о своей задумке, но мой товарищ только поморщился.
…В тот день случилось ещё одно событие, объяснения которому я не смог найти: королевский посыльный доставил нам приглашение во дворец на бал.
