До сих пор меня гнетет чувство вины за себя и за своих товарищей, по вине которых пострадало столько ни в чем не повинных людей в России. Это тяжкое бремя я не в силах сбросить с плеч. Теперь, когда жизнь моя близится к концу, я иногда пытаюсь понять, чем она была. Драмой? Трагедией? Преступлением? Комедией? И не могу дать однозначного ответа на этот вопрос. Я мучаюсь от осознания, что причинил страдания ближним своим, но я не в претензии к тем, по чьей вине выпало страдать мне.
Перебирая как-то старые книги и бумаги, я наткнулся на Молитву Солдата Немецкой Армии — сомнений быть не могло, на ту самую, которую мы произносили на молебнах в России.
Недавно побывав с группой туристов в Беларуси, где были стерты с лица земли 209 из 270 городов, не говоря уже о тысячах деревень, я посетил и Мемориальный комплекс «Хатынь».
Комплекс этот воздвигнут на месте сожженной дотла белорусской деревни Хатынь, все жители которой, в том числе и 70 детей, младшему из которых было всего три недели, были зверски убиты — расстреляны или сожжены заживо.
И пережитое мною лично, и факт того, что главные сражения Второй мировой войны происходили на полях России, подсказывают мне, что лучшего эпилога моему повествованию, чем помещенные ниже тексты, весьма наглядно доказывающие наличие огромной пропасти между двумя идеологиями, между Востоком и Западом, оказавшимися вовлеченными в самую ужасную из войн, быть не может.
Молитва Солдата Немецкой Армии:
Надпись в Мемориальном комплексе «Хатынь»:
«Люди добрые, помните: любили мы жизнь, и Родину нашу, и вас, дорогие. Мы сгорели живыми в огне. Наша просьба ко всем: пусть скорбь и печаль обернутся в мужество ваше и силу, чтобы смогли вы утвердить навечно мир и покой на земле. Чтобы отныне нигде и никогда в вихре пожаров жизнь не умирала!»
