– Да, все то время, пока мы путешествовали, наш комплекс делал астральные метки для будущего ориентирования. С помощью их мы можем отследить то место, где пересекли границу, – изображение на карте увеличилась, и наше месторасположение стало практически незаметно среди серого цвета. Картинка все увеличивалась, пока не показался темно-синий ореол. – Вот видишь, это она и есть. Здесь мы пересекли ее.
– И как далеко мы от нее?
– Четыреста тридцать девять меридиан. Нас довольно далеко унесло вслед за гигантом, но, даже будь мы рядом, нам все равно пришлось бы уходить прыжком. По-другому нам не отделиться от статичной точки.
– Интересно. Слушай, а почему в самом начале было все такое красочное, а сейчас все блеклое и серое?
– Все очень просто, там была исследованная часть астрала. Информация о ней занесена в комплекс. Все, что касается остальной части, то нам придется ее открывать самим или, как я понял, можно будет обменяться с кем-то. Но думаю сейчас наша карта мало кому пригодится.
– Получается, мы в досягаемости одного прыжка до границы, так?
– Да, именно. Кстати, сразу хочу сказать, если бы комплекс не делал астральные метки, мы бы не смогли увидеть границу и соответственно не смогли бы сделать прыжок. Тоннель прокладывается только в ту часть пространства, которая известна. Для того, чтобы проложить тоннель, необходимо какое-то время. После перехода следующий прыжок можно совершить только через три часа.
– Раз у нас еще есть время, не буду его терять – пойду тренироваться.
– Отличный настрой.
Когда пытаешься делать что-то осознано, пытаясь удержать в поле зрения каждое свое движение, то время длится немыслимо долго. Эти пятнадцать часов мне показались вечностью. Максимальное время, которое я смог удержать осознанно, отслеживая тело, достигло двадцати семи минут. Рунз сказал, что это очень хороший результат, и чем дольше я практикуюсь, тем быстрее привыкну. А потом это войдет в привычку и будет получаться само собой. Все это время Глор стоял недалеко от меня и повторял мои движения. Я старался не замечать этого, хотя было забавно наблюдать за ним.
– Рэнни, теперь у нас все готово. Мы можем пробовать. – прервал он мою тренировку, но даже в этот момент я пытался концентрироваться на теле.
– Хорошо, давай сделаем это. Но что, если не получится? Или получится, но нам придется сражаться, а у нас нечем в данный момент отбиваться, и энергии не останется.
– Нам в любом случае нечем отбиваться, если на нас кто-то нападет на этом контуре. Ты же сам это понимаешь, поэтому не вижу смысла тянуть. И вообще, все у нас обязательно получится. – с уверенными нотками успокоил он меня.
– Тогда чего же мы ждем. – мне и самому хотелось побыстрее убраться отсюда. Так как чем дольше мы здесь оставались, тем сильнее нарастало чувство беспокойства внутри.
– Запустил построение перехода. На это уйдет примерно три минуты. Сейчас вам с Глором необходимо занять места в специальном ложе. Оно защитит вас от перегрузки, которая возникнет от скорости, с которой мы будем двигаться. Если этого не сделать, вас лучшем случае выкинет в астрал, а в худшем – разорвет на части.
– У тебя хорошо получается убеждать. – нервно пошутил я. Мне совсем не хотелось, чтобы меня разорвало в шаге от того момента, когда мы покинем это место. – Что говоришь, нам нужно сделать?
Светлячок подлетел к траве рядом с древом. В том месте раздвинулся в стороны дерн, и показались корни. Они были сплетены между собой в виде гнезда, повторяющего контуры моего тела и Глора. Дал команду энту залезть туда и принять положение лежа и сам последовал его примеру. В этот момент комплекс начал издавать гул, который с каждым мгновением становился все сильнее и уже начал оглушать. Через тридцать секунд, когда мне казалось, что я оглох, землю тряхнуло. В стене с той стороны, где раньше был проход в пещеру, в которой сражались монстры за право поглотить тело пса, образовалась здоровенная дыра. Древесная маскировка разлетелась обугленными кусками. Часть камней и горящих головешек попали в меня, оставив царапины и в паре мест небольшие ожоги. Я с ужасом всмотрелся в тушу, что показалась из пыльного облака. Это была горилла, летевшая на тумане. Ее шкура приобрела более красный оттенок. Она забила себя в грудь всеми четырьмя руками и направила прямо в нас красно-белый туман. В этот момент мир вокруг нас поплыл. Движения тумана замерли буквально в паре метров от нас. За одну секунду я успел увидеть, как дернулась горилла – ее яростный взгляд красных глаз, а потом ее вместе с туманом просто сдуло, словно кто-то огромный дунул или чихнул. Меня вжало в корни с такой силой, что трещали фантомные кости. Кожа на теле лопнула в нескольких местах, но кровь из-за создавшегося давления не могла вытечь из ран. Кое-как удавалось удержать сознание, не погружаясь в беспамятство. Все закончилось внезапно. Я словно лишился веса. Больше не было того ужасающего давления. Все тело ломило, а из ран начала течь кровь.
