В голове у Кейлена роилась сразу сотня мыслей. Каждая жилка его разгоряченного тела требовала спасать Риста, но в словах Эйсона был смысл. Юноша не видел никого, кто бы обращался с мечами лучше, чем эти трое. Ну, может быть, еще отец… От этой мысли свело живот, а перед глазами замелькали образы безжизненного тела Варса. Кейлен отогнал их.
– Хорошо. – Он со вздохом оглянулся на Далена с Ристом. Двое противников уже лежали на мостовой, но их сменили новые.
– Кейлен, мы не можем просто взять и бросить его! – крикнул Данн, сжимая лук так, что костяшки пальцев побелели.
Юноша посмотрел на него, затем снова на Риста. Эйсон нетерпеливо выдохнул и мотнул головой. Кейлен встретился взглядом с Данном. Если они промешкают, бросятся на выручку, их могут зажать в угол. Дален и Рист тем временем отступали к пустой боковой улочке.
– Эйсон прав, Данн, выхода нет. Дален за ним присмотрит. Мы должны им довериться.
Кейлен видел, как его друг внутренне разрывается. Они с Ристом постоянно подначивали друг друга, но всё равно оставались братьями. Каждый из них троих был готов погибнуть за другого.
Данн на мгновение остановил взгляд на Ристе. Тот держал в руках меч – видимо, подобрал у кого-то из убитых. Затем Данн повернулся к Кейлену и нехотя кивнул. Они снова сорвались с места.
– Еще чуть-чуть, – говорил Эрик, явно пытаясь успокоить не только Кейлена с Данном, но и себя.
Кейлен вдруг осознал, что хоть сам и называл Риста братом, Эрик с Даленом всё-таки кровная родня. Он почувствовал укол вины, ведь Эрик не колебался.
– Вот, – сказал Эрик, когда они подбежали к небольшому зданию, притулившемуся у городской стены: с одной стороны большой трактир, с другой – неприметный переулок.
Над входной дверью висела нарисованная от руки табличка: «Аптека Оливера: Здоровая и счастливая жизнь». Вслед за Эриком все завернули за угол. Молодой человек присел и нашарил под полусгнившей деревянной бочкой массивный железный ключ.
– Фух, повезло. Ключ на месте, – произнес он, вяло усмехнувшись.
– Мы пробежали полгорода, чуть не погибли, – Данн аж задохнулся, и вовсе не от бега, – а ты даже не знал, будет ли ключ?
Эрик пожал плечами.
– Решать нужно было быстро. Я бросил монетку.
– Монетку?! – расширил глаза Данн.
– Ага, – снова пожал плечами Эрик.
Данн ошалело пробормотал: «Монетку на хрен… бросил монетку…»
Кейлена вдруг пробрало на смех. Не то чтобы повод располагал, это произошло как-то само собой. Данн злобно посмотрел на друга и состроил гримасу.
Эрик вставил ключ в ржавый замок на боковой двери. Тот вошел не сразу, но повернулся без особого труда. Дверь подалась внутрь. За ней скрывались уходящие в темноту ступеньки.
– Ну что, идем? – позвал Эрик, переступая порог.
Данн последовал за ним вниз по лестнице. Он вертел головой, пытаясь найти хоть какой-то источник света. Эйсон жестом велел Кейлену идти третьим, а сам вошел последним и закрыл за собой дверь. Вокруг было ни зги не видать. Спускаться пришлось на ощупь, одной рукой держась за сырую каменную стену, другой – за щербатые перила. В ноздри ударил тяжелый запах плесени и гнилого дерева.
– Откуда вы знаете про это место? – спросил Данн.
– Оливер – наш сообщник. Туннель давным-давно построил его дед. Тайком провозил по нему в город старотравнюю кровь.
– Старотравнюю кровь? Слыхал, это зелье творит чудеса. Жаль, что оно вне закона.
– Чудеса, и еще какие! Всего несколько капель, и человек оправлялся от таких ран, с которыми невозможно выжить.
Мать Кейлена говорила как-то про это лекарство. Лепестки старотрава, измельченные и смешанные с водой. На юге Империя полностью его запретила, хотя путешественники упоминали, что на севере всё иначе.
– Отец, не мог бы ты нам посветить?
«В каком смысле посветить?» – удивился про себя Кейлен.
Эйсон нехотя хмыкнул.
– Идти еще далеко, а я не хочу споткнуться о какую-нибудь мерзость. Да и толку уже секретничать.
Эйсон снова буркнул что-то неразборчивое.
– Откуда у него…
Данн не договорил. Перед Эйсоном возникли крошечные светлячки, которые затем слились в маленький шар. Он парил в воздухе, заливая туннель ясным белым светом.
– Во имя Матери и Отца, что это?! – воскликнул Данн и вжался в мшистую стену туннеля.
– Спокойно, – огрызнулся Эйсон. – Это балдир. Сейчас не до вопросов, так что попридержи свое любопытство до «Увядшего листа». Прими как данное. До люка нам идти еще минут двадцать.
У Кейлена в голове вертелась сотня вопросов, каждый из которых тянул за собой сотню других. Данн начал было что-то говорить, но тут же захлопнул рот. По его глазам Кейлен видел, что друг с трудом пытается осознать происходящее. Как и сам Кейлен.
«Магия? Настоящая?» Отчего-то великан-волшебник не вызывал оторопи. В отличие от человека.
В свете балдира Кейлен увидел, что туннель едва достигает трех футов в ширину. Такое ощущение, что им много лет не пользовались. Стены поросли мхом, из проплешин торчал камень. Деревянные балки выглядели так, будто в любое мгновение могут рухнуть. Сапоги проваливались во влажную податливую землю.
