Спустя пару минут дверь, так опрометчиво незапертая, скрипнула. На пороге почти неслышно возник Жан и оторопел. Отступил, тщательно, неслышно, без единого шороха закрывая дверь. Постоял, размышляя, и с беззвучным воплем неумело, но очень старательно прошелся колесом по короткому коридорчику. Встретившаяся на пути стена не проявила понимания к неповторимости момента и охладила его энтузиазм, крепко саданув юного акробата по спине. Жан шлепнулся на ковер, торопливо сел и беспокойно взглянул на дверь – не услышала ли его влюбленная (ведь влюбленная же, правда?) пара.
Дверь осталась безмолвной.
Жан расцвел, заулыбался и помчался на кухню. Его небогатый опыт наблюдений за отцом и матерью тихо, но явственно подсказывал, что скоро его названый братец и его суперская девушка очень захотят есть.
– Ян…
– Мм?
– Спишь, что ли?
– Э-э… нет.
– Ладно… Ян, послушай. Я тут должна срочно выйти замуж… Не хочешь жениться?
Никогда прежде он не ощущал так остро собственную старость. Вокруг кипело, бурлило, смеялось, кружило человеческое море, а он… он был один. И слишком чужой для такого веселья. И слишком серьезный.
Это был самый обычный молодежный бал с неуемным весельем, с бурными танцами до упаду, с розыгрышами и поцелуями в укромных уголках, с шумными рассказами о приключениях. Молодежь всегда самая энергичная, самая беспокойная часть населения, которой вечно хочется сражаться, самоутверждаться в своих и чужих глазах, пробовать мир на прочность. Именно молодые рисковали сотворить какие-нибудь головоломные чары и безумно сложные эликсиры, именно они рвались в сопредельные миры, именно из них большей частью состояли отряды быстрого реагирования…
До Алекса то и дело долетали обрывки разговоров:
– Я думала, умру. Неужели это правда такая гадость?
– «Накладки» снимали с реальных людей. У нас в больнице их часто используют – показать больным, что будет, если болезнь не остановить. Испытать на себе чужие чувства иногда очень полезно. И убедительно.
– Но это болезнь! А кто добровольно мог потреблять такую пакость?
– Девочки, вы зря сомневаетесь. «Накладки» – нейронные слепки реальных личностей, позволяющие ощутить весь сложнейший спектр чужих ощущений, – применяются…
– Знаем-знаем, на короткое время и с ограничениями…
… – Это совершенно безлюдный мир! Там даже сложных организмов нет! И мы не понимаем – почему?
– А может, снова водники? Как в мире Льевелла, помнишь, эволюционировавшие из рыб…
– Водная цивилизация? Нет, непохоже… Там все-таки была наземная фауна, хоть и дикая. Были подводные города, интенсивный информобмен… А тут – ничего. Тишь, глушь, рептилий и то нет.
– И правда странно.
– Вот именно. Впечатление, что жизнь замерла и не развивается уже миллионы лет!
… – А она?
– А она согласна! Мархи, я женюсь! Она самая-самая, она… – От ауры парня плеснуло такой вспышкой любви-счастья-восхищения, что Алекс улыбнулся, несмотря на укол-воспоминание. Как он тогда, когда Лина вернула ему магию, а он, дурак, даже не понял. Уже привык жить слепым и глухим – на одном человеческом восприятии. А потом, когда понял…
