— Свет мой, свет мой, — вздрогнув всем телом, пролепетала Богиня и свет, озаряющий ее изнутри, потух. — Я пришла к тебе, чтобы помочь тебе, зачем же ты меня обижаешь?.. Святозарушка, любушка мой, виновата я перед тобой, виновата… так прости же меня. Но только, прошу тебя, не ходи в Пекло… Свет мой, если бы ты знал, если бы ты знал, как там жутко… сколько там боли, страданий… Если, ты, не хочешь идти со мной, если, ты, не любишь меня, пусть так… Только позволь мне увести тебя отсюда, вернуть в Явь. — Буря слегка наморщила свой прекрасный носик. — Я отведу тебя к твоей жене, верну на восурскую землю, в Славград, к твоим близким, к твоей семье, к твоему не родившемуся ребенку…. Только умоляю… заклинаю тебя, не ходи в Пекло, не подвергай свою жизнь, свою чудесную душу пекельному ужасу и страху…. Не слушай ДажьБога, потому что он тебя не любит, ты ему не дорог… Если бы… если бы, ты, был ему дорог, он бы никогда не пустил тебя в Пекло… ведь он там бывал. Много веков назад, когда ДажьБог бился с Кащеем-Чернобогом, то был сброшен им в Пекло и заточен в темнице. И если бы не отец его, Бог Перун, никогда бы он не выбрался оттуда, никогда, поверь мне, любушка мой. — Богиня протянула руки, схватила руки наследника и принялась покрывать поцелуями его пальцы и ладони, — молю тебя, молю! Свет мой, уйдем отсюда, я не хочу, не хочу Святозарушка, чтобы ты погиб… не хочу, чтобы содрогнулась твоя чистая душа от вида Пекла.
— Бурюшка, Бурюшка, — вздохнув, ответил наследник, и, вырвал свои руки из длинных, тонких и вздрагивающих пальцев Богини. — Меня в Пекло никто не посылает, я иду туда сам… потому что хочу спасти душу моей матери, в чьих страданиях, несчастьях и муках повинен я.
Буря Яга Усоньша Виевна порывисто вздохнула, и, прижав к груди сомкнутые в неплотный кулак руки, отрицательно покачав головой, заметила:
— Нет, ты, не повинен… Я говорила с ДажьБогом и он считает…
— Мне не важно, кто и как об этом думает…,- проронил Святозар, и, нахмурив лоб, провел рукой по глазам, словно отгоняя сон. — Важно, что думаю я… потому как выбор всегда был и остается за мной…. А, я, Бурюшка, свой выбор сделал уже давно… Еще тогда, когда, ты, увела душу моего несчастного потомка и брата, Эриха в Ирий-сад… Еще тогда, когда я впервые услышал, от отца моего ДажьБога, что могу помочь душе Долы, уже тогда я принял решение… И своего решения я не изменю… Даже Бурюшка, если явится сюда сам ДажьБог и запретит мне идти.
— Он не запретит, — тихим, наполненным грустью голосом, сказала Богиня. — Он и Семаргл, они очень хотят, чтобы ты шел туда… я это знаю… я слышала их разговор.
— Не хорошо, Бурюшка, подслушивать, — усмехаясь, молвил Святозар. Он немного помолчал, а погодя, посмотрев в расстроенное лицо Богини, вопросил, — а почему Семаргл хочет, чтобы я шел в Пекло?
— Не ведаю, любушка мой, не услышала я их дальнейшего разговора, ушли они…, - ответила Буря, и ее прекрасные небесно-голубые глаза наполнились слезами. — И ты не станешь, ко мне прислушиваться? — дрогнувшим голосом поинтересовалась она.
— Нет, не стану, я тебя слушать, — улыбаясь, откликнулся Святозар, и, протянув руку, ласково погладил Богиню по волосам. — Ты же знаешь меня, Бурюшка. За это время я не изменился, каким был тогда, на заре моей юности, таким остался и теперь. Я, Бурюшка, иду в Пекло. — Наследник опустил руку, на миг прервался, точно задумавшись о чем-то, а после тяжело задышал, и срывающимся голосом, добавил, — расскажи мне лучше, про мою дочь Дарену… Ты, ты, проводила ее в Ирий-сад?
Буря Яга отрицательно закачала головой, а увидев вздрогнувшее лицо наследника, пояснила:
— Нет, я ее не провожала, ее увел ДажьБог.
— Как так? Почему, ты, ее не проводила, почему? — дюже резко и зычно крикнул Святозар, и, подавшись вперед, крепко схватил Богиню за плечи. — Да, как ты смела, как смела…
— Ай!.. ай!.. — вскликнула Буря. А когда наследник отпустил ее, поспешила ответить, — Святозарушка, погоди, свет мой, все тебе объясню.
— Да, уж потрудись, потрудись ответить мне, отцу, — чуть тише, но не менее гневно, произнес наследник. — Почему, ты, не проводила мою дочь?
— Нашу, нашу дочь, — прошептала Богиня и потерла правой рукой левое плечо.
— Мою, мою дочь, мою и Травяни, — раздраженным голосом, пояснил Святозар.
— Свет мой, Святозарушка, — устремив свои прекрасные глаза на наследника, начала свой сказ Буря. — Я пришла за ней, чтобы увести ее в Ирий-сад… но увидев меня, она не захотела идти… Я просила ее, уговаривала, но она не желала меня слышать… А посем сказала, что хочет стать Духом Сумрачного леса и жить в нем охраняя и оберегая его вечно.
— Что? — испуганно дыхнул наследник и порывчато закачал головой. — Духом леса… О, Боги, только не это…
