Фанатики действуют всё активнее. Зачем им это, в чём был план богини и есть ли он вообще? Становится совершенно неважно, когда твоя мана пробивает пространство, и ты сознание меркнет, пока ты проваливаешься в разлом. Когда узнаёшь, что вселенная шире, чем ты думал. Новый мир не приветствует меня и кажется диким и жестоким, но и не хочет моей смерти. Множество вопросов без ответов и главный из них: где искать путь домой? Первая книга цикла «За гранью трансцендентности»
На скалистом выступе астероида стояли две человеческие фигуры. В абсолютной тишине они смотрели на ослепительный свет, к которому стекалось всё вокруг. Мириады огней, потоки энергий, сама реальность и время. Лишь крохотный островок невозмутимого спокойствия посреди океана пламени и безумия. Они смотрели на конец вселенной, на коллапсар, который завершит всё. Завершит вселенную, сотрёт то немногое, что в ней осталось.
Высокий мужчина в длинном чёрном пальто, архаичном, древнем. Выглядевший молодым, но с проседью в волосах и с печальным взглядом бездонно-чёрных глаз. За его руку, слегка дрожа, держалась прекрасная девушка в таком же чёрном платье. Казалось, свет жизни покидал её. Похожие на звёздное небо глаза медленно гасли.
Все ушли: кажущиеся вечными и неуязвимыми… даже сама Бесконечность.
Он пережил многих, не раз. Жил дальше, до последнего момента, бьющегося в агонии Времени. Прощаясь с теми, кто был ему друзьями и товарищами бессчётные миллиарды лет. Но конец приходит всему.
— Я исполнил своё обещание. До конца вечности. И даже спустя всё это время, я люблю тебя так же сильно. Клянусь, что мы встретимся снова. По ту сторону, что бы там ни ждало, — сказал он слабым, печальным, но торжественным голосом, взглянув в звёздные глаза.
Девушка крепче прижалась к его руке, ощущая последние капли тепла, и отвела взгляд от картины конца. Посмотрела в его глаза.
— Счастлива провести с тобой всё это время. Люблю тебя и буду ждать.
Её тело стало распадаться — гаснуть: обращаться в прах и энергию. Вселенная больше не могла поддерживать её существование. Нерушимые законы рассыпаются. И мужчина впервые за бесконечно долгую жизнь ощутил одиночество. Больше никто не мог разделить с ним последние мгновения умирающей вселенной.
— Всё вернётся, а после — обратится в ничто. Я всегда знал… что буду последним, — говорил он сам себе, ощущая в груди боль разлуки. Единственное, что ему не подвластно — остановить это. Конец приходит всему. Он вспоминал многих: всех, кто сопровождал его на безумно долгом пути. Бесконечная череда лиц и имён. Своё первое путешествие, бесчисленные битвы, бесконечные миры, необъятную, но такую близкую вселенную.
«Конец приходит всему».
«Но всё имеет новое начало. Ведь так?»
С этой мыслью рассыпалось и его тело. Ничто больше не могло существовать. Остатки вселенной упали в коллапсар.
И мир вспыхнул вновь.
Солнечный свет навязчиво бил в глаза, прогоняя всякий сон, но вставать, откровенно не хотелось. Сегодня выходной, а вчера, я допоздна читал неплохую приключенческую книгу о могущественных магах, сокрушающих горы одним заклинанием и путешествующих между столь разными мирами. Хотелось верить, что когда-нибудь и в этом мире магия достигнет таких высот. Жаль, что пока подобное можно было назвать лишь фантастическими допущениями.
Может ими и останется, ведь большинству людей куда больше нравились немагические технологии. На магии к звёздам не выйдешь, хотя была статья о разработке теории для некой технологии сверхсветового полёта, на которую собирались выделить примерно три годовых бюджета Орферия, а ведь у имперской столицы он больше чем у некоторых регионов. Жаль, моё поколение первый сверхсветовой полёт едва ли увидит, но верю, это возможно.
Отогнав наплывшие после погружения в историю мечты о великой магии и космических кораблях, я со вздохом встал, проклиная забывчивость, не позволившую закрыть жалюзи выходящих на восток окон общежития.
Лениво одевшись, стал проверять телефон, ночной беззвучный режим которого не пропускал уведомления ещё со вчерашнего вечера.
Одно сообщение поменяло мои планы на день: «Хей, Арти, пошли завтра в киношку? Я так и не глянул новую часть «Выживания среди чудовищ», а одному идти не хочется».
Отправителем был Рус. Конечно, он меня так ещё со школы называет, несмотря на то, что подобное сокращение мне не нравится. На второсортный псевдо-ужастик-боевик с брутальным мужиком в главной роли идти не особо хотелось. Зато можно поболтать и расслабиться после утомительной недели.
Открыл мессенджер и быстро напечатал: «Пошли, если ещё не передумал. Через полчаса жду около Пустынного миража. Не опаздывай, хоть в этот раз». В ответ, на что почти сразу пришёл смайлик, говорящий «есть, сэр».
Подхватив со стола карту-пропуск, мельком взглянул на уже потёртый пластик, где красовался герб филиала «Имперской Академии Серес», и начертанное изящным машинным курсивом имя Арктур Дюваль.
Красивый шрифт резко стилистически контрастировал с не самой удачной моей фоткой, со слишком широко открытыми при попытке выглядеть лучше, льдисто-голубыми глазами и блестящими, зализанными чёрными волосами.
— Эх, надо бы его всё же переделать, я на этой фотке выгляжу плохо.
Правда, за столько лет уже, так и не собрался… Впрочем, не имеет значения.
