Притихший Ашер шел следом. Внутри него словно потушили оранжевый огонек, загоревшийся от красивых фонарей в праздничном Полисе. Он больше не ощущал того, тлеющего теплом, кокона защиты вокруг себя. И убежища от холода снаружи и изнутри будто бы вовсе нет. Сейчас он не мог даже думать. Просто шагал среди остальных словно тень.
*Господи, куда же все таки нас ведут!?*.
Дан пытался сохранить ясное мышление сквозь злость и осторожно поглядывал по сторонам. Дорога долгая, выбитая, некомфортная из каменной насыпи. Как дома. В сумерках практически ничего не видно. Мелькание однообразных кусков жилищ и обломков пустырей сливается в единую массу. Неужели они никогда не найдут путь назад… Рядом с ними проскальзывает тоненькая мелкая фигурка, то отстает на несколько шагов, то приближается в попытках пробиться поближе к незнакомцам. Любопытная.
Так или иначе, их привели в Поселение. На выходцев из города, несмотря на время суток, собралась посмотреть достаточно большая часть населения. Юноши лишь молча осторожно оглядывали суровых и на первый взгляд не привлекательных людей в грубой одежде. Девятый Километр же представлял собой нагромождение утеплённых ангаров и странных строений из остатков зданий, пристроенных стен к плитам.
Из обрывков переговоров, во время следования, Ашер примерно вычленил для себя информацию, которая может стать полезной. Он не смотрел по сторонам шагая, не думал и был сосредоточен на болтовне. Девушку, что отчитывали пол дороги, зовут Лула и это ее вина.
Но как она их услышала, что он её не заметил? Он уже культивировал ненависть к ней. Эти люди тут посреди ночи, потому, что патрулировали территории вокруг Посёлков. Потому что здесь часто и не обоснованно стали пропадать местные и вроде бы нашли чей-то труп из «своих». И конечно, никто не расследовал эти факты. Полису, в общем-то всё равно, что тут происходит. Пользы и прибыли от них нет, только затрата ресурсов. Ситуация для Даниэля и Ашера, как для пришлых чужаков, патовая.
"Главарь" решил растащить парней по разным ангарам и допросить. Ашер активно протестовал. И тут же почувствовал лёгкое головокружение. Сразу за ним, пришла сильнейшая боль в районе затылка. Удар. Мир начал рассыпаться в оттенках сепия. У Дани на конфликт не было ни сил, ни желания. Он, итак, до конца не окреп, и промерз до костей в непривычной среде. В Обителях тоже холодно, но не так как здесь — вне Полиса.
*****
Туман в голове Ашера через несколько минут слегка отступил. Зато ноги перестали слушаться — их что-то сдавило. Он понял, что его затащили в ангар и связали. В голове почти не прояснилось, сквозь пелену, он видел, что руки тоже туго связаны веревкой. В горле пересохло настолько, что больно глотать. А ещё металлический привкус во рту. Сейчас бы просто закрыть глаза и проснутся дома. Или в жилом контейнере с Даном. Он едва понимал суть задаваемых вопросов — люди поселения жутко коверкали новояз.
Ашер давал ответы лишь по существу и опускал подробности о случившемся в участке. Он надеялся, что Даниэль сделает так же. И главное — лишь бы он был в порядке.
Решив, что он не опасен ему освободили ноги. Но оставили спать со скованными руками. Голова страшно болела, он периодически проваливался во тьму. Зато в помещении было относительно тепло, а на контрастно холодном полу сейчас даже приятно. Он забылся болезненным сном.
*****
Угловатый здоровяк с рыжеватой бородкой и зачёсанными назад лохмами, по обыкновению, утром торчал на улице у своего жилища-ангара. Стоял опираясь спиной к стене и выкуривал самопальную сигарету. Рядом с ним на землю бухнулась черная массивная сумка. Неожиданно, но он сделал вид, что заметил как с недельной работы вернулся хороший приятель. Он ездил к Нижнему ярусу за подработками. Они обменялись приветствием и дежурными фразами. И закурили по ещё одной сигарете.
— Сём, а чего за чужаков-то привели?
— Да городских парнишек. Хилые совсем.
— Наверное, просто в неприятности влипли — вон в городе чего делается! Надо бы отпускать, вторые сутки сидят… Один-то ничего такой-свойский. А от второго холодок по коже. Жуткий он, хоть и мелкий. Но наши, даже их будут сейчас опасаться.
— А покажи-ка мне городских? Пожа-а-алуйста!
*****
Приятели прошли по узким еще сонным улицам. Друг Здоровяка мельком взглянул на связанного парня со странным неоднородным цветом волос. Нетипичный цвет глаз слегка насторожил его, но интерес был быстро потерян. Они зашагали дальше, ко второму ангару.
Другой мальчишка сидел в дальнем углу опустив голову, прикрывая лицо отросшими прядями. Не ел и не пил. Не говорил с местными. Но почему-то вызывал больше доверия. Возможно потому что был больше похож на типичного поселенца.
Здоровяк оставался с наружи.
Второй вошёл в просторное помещение с низким потолком. Ещё до конца не осознавая свои действия, присел рядом с пленником на корточки чтобы лица были на одном уровне. Вкрадчиво вгляделся. Даниэль тоже поднял глаза.
— Скажи свое имя…
— Даниэль… — Одними губами.
Рывок.
И Даниэль заключён крупными лапами в цепкие объятия. Он слегка растерялся, но тоже обнял в ответ.