Император долгое время колебался стоит ли жестоко расправляется с демонстрантами. В некоторых Полисах он даже выпустил солдат для подавления. Вспышки редкие, но уже не предвещают хорошего.
В Асфоделе пока тихо. Люди не осмелились, чтоб подвести себя под казнь. Тем более у многих дети в Академии.
Пока.
Потому, что именно деятельность духовенства потворствует этому.
Светская власть затаив дыхание, наблюдает когда падут старые устои.
Они жаждут получить настоящее влияние и выйти из тени. Ждут, когда ослабнет духовная хватка.
Марку предстояло провести конференцию наравне с другими Советниками, главами и служителями с Императором.
Снова нервы.
Когда Марк вообще хоть немного спал?
Раа ещё слоняется по кабинету и отвлекает. Хорошо хоть здесь дела не так плохи как у соседей. Периодически он отмахивается от назойливости помощника.
— Марк, — руки Раума вдруг легли на спинку кресла в миллиметрах от шеи Епископа, — все будет хорошо… Я пойду. Ты справишься.
Епископ от чего-то самопроизвольно вздрогнул. Возможно, он чувствовал и опасность, и успокоение от присутствия Раа. В любом случае, будет лучше, чтобы он "крутился" поблизости. Меньше всего ему хотелось, оставаться одному в полутемном кабинете. Но того требуют правила.
Раа тихонько вышел. На секунду стало дурно.
*Что я делаю. Так готов ли я к тому, что затеял.*
Окончательное замешательство. Окончательная усталость. Окончательная безвыходность. Окончательная синева стен, которая поглощает.
《— Я, кажется, знаю в чьи глаза я смотрел во сне…》
Ашеру постоянно начал сниться один и тот же сон. Ровно с того момента как они прибыли сюда. Как будто сломалась какая-то стена внутри и чужие чувства наполнили голову и нутро. Он видел себя, но как будто в его теле был некто другой.
Ему снился медицинский кабинет или стерильное помещение — белый квадрат из гладких, местами треснутых плиток, много стекла, хирургический стол.
Скованный оцепенением он лежит на этом столе и лишь следит взглядом за человеком в белесой форме и медицинском респираторе на лице, он монотонно движется между приборов неизвестного Ашеру назначения. За спиной человека он фрагментарно видит какие-то резервуары.
Но Ашеру не страшно. Ему никак. Внутри безразличная пустота, ни боли ни ощущений.
Только до омерзения яркий свет.
Этот сон пугает его, когда тот просыпается. Он вскакивает с тяжёлым вздохом и ловит губами воздух как рыба.
Затем сон повторяется, но меняются некоторые детали.
Например, теперь он чувствует себя цельным, а не разрозненным, пристегнутым за руки и ноги эластичными ремнями. Человек в форме, похожей на медицинскую некоторое время смотрит в его лицо. Затем яростно снимает ремни.
Ашер просыпается.
*****
— Мне это все не нравится…
*Я чувствую это каждой клеточкой Даниэль.*
— Я вижу это в каждом твоём микро жесте. Ты даже дышишь злобно — тихо отзывается Ашер.
— Лула куда-то запропастилась. Я временами устаю от ее странностей, как и ты. Ашер, мы ведь сделали что должны.
— Не уверен. Меня до сих пор обследуют. Дан, пожалуйста… Я понимаю к чему ты клонишь.
Даниэль недовольно тряхнул головой. Он внешне держался спокойно и ровно, но внутри его скручивало буквально до слабости предчувствие нарастающей угрозы. Как показала практика, такое случается не спроста.
— Хорошо. Надеюсь ты знаешь что делаешь. Мутный этот докторишка. Ты чего шарахался ночью?
— Мне снятся плохие сны Дани…
— Поделишься?..
— Эм-м-м…
*****
Бунтующие слои уже смаковали и распространяли полученную информацию. Росло недовольство и опасность в некоторых полисах. Это наруку троице, поскольку Черно-красные заняты беспорядками в городе. Хотя Макс пытался давить на отца и агитировал одногруппников искать правосудие, его старания не окупались. Слишком напряжённая обстановка.
Сам же док — Карл искоса посматривал на юношей из окна и бесился от безвыходной злости. Ему не нравилась привязанность Ашера к Даниэлю. Это могло означать, что тот не будет слушаться никого кроме него. Карл планировал использовать мальчишку для своих целей. Так же доку удалось выяснить то, что никто из троих все таки не осведомлен чем на самом деле является Ашер.
Совершенно потрясающее создание названное сыном и тайком сохранённый лабораторный экземпляр, который мог бы стать как страшным оружием, так и лучом надежды.
Вероятно, одна из используемых женщин-резервуаров, для эксперимента, оказалась близкой родней Даниэля, поэтому они так легко вошли на какую — то свою личную никому не понятную волну общения.
Об их родстве говорят и анализы. Эта незримая связь сделала их столкновение неизбежным.
Объект Ашер подчиняется Даниэлю и перепрограммировать или же оборвать эту связь не представляется возможным.
— Чертов Даниэль!
Карл не сдержался и ударил ладонями по столу. Он считал что было бы все намного проще если бы его не было.
Он потер сальные волосы собранные в крысиный хвост. Ему предстояло решить как разорвать эту цепкую связь и не настроить против себя Объект. Не самая простая задача….
*****
— Даниэль! Я, кажется, знаю в чьи глаза я смотрел во сне…