Остановившись, я попыталась дотянуться до неё. Хотела заглянуть внутрь одним глазком. Как меня тут же продрало холодом, прошиб липкий пот, тело всё покрылось мурашками, слабость накатила от макушки до пяток. Всё мое естестве завопило: «не приближайся! беги!». Но нет. Я не могу. Она нужна мне, как бы парадоксально это не звучало.
Сейчас я могу на некоторое время использовать Её без потери самоконтроля. Знаю, все равно будет невыносимо больно и паршиво после тех мгновений эйфории. Но что-то мне подсказывает, мне не обойтись без Неё. Единый Интеллект Гетов точно где-то там под нами, и холодный мощный разум опутывал всю планету словно паутина. Мне нужно было лишь найти его самого и «поглотить». А дальше кварианцы сами.
Почувствовав приближение опасности, я открыла глаза. Все были на своих местах и держались за крепления на креслах. Пару раз корабль трясло, словно по нам попали. Осмотрев всех, кто рядом, встретилась с глазами Джилл напротив, в которых читалось волнение.
— Джилл?
— Я… Готова, учитель, не волнуйтесь.
— Хорошо. Будь на чеку.
Судя по участившимся звукам залпов, посадка обещала быть жесткой. Наспех сделанный плацдарм возле огромного кратера не мог похвастаться ровностью. Наш бронетранспортер заметно тряхнуло при приземлении и засушливая планета, пропахшая насквозь металлом и щелочью, встретила во всей красе в гуще бойни. Планета словно была готова расколоться от канонады неутихающих взрывов, рева и свиста ракет, летящих туда-сюда над головой. Привычные звуки войны и запах — я по вам не скучала.
Что можно сказать о самой планете. Не сказать, что она благоухает и вновь походила на Ферос по своей природе. На Раннохе, насколько мне известно, нет насекомых вообще, и потому местные растения опыляются с помощью животных. Этот необычный симбиоз флоры и фауны являлся причиной ослабленной иммунной системы кварианцев, что существенно затрудняло для них заселение других планет после изгнания с Ранноха. Потому для них вернуть родную планету — дело не только принципа, но и физиологической необходимости целой расы. Другой такой планеты они так и не нашли, а на адаптацию к новым условиям они потратят не одно поколение или просто вымрут, не успев.
Я быстро осмотрелась кругом, сверяясь с внутренним чувством Силы. Местность нашего плацдарма имела как недостатки, так и преимущества. Нас не могли обстреливать со всех сторон из-за естественных укрытий, что хорошо. А инженеры кварианцев успели понаставить мощные кинетические щиты и возвести тяжелые турели по периметру посадочных мест, несмотря на хаос вокруг. На других участках, судя по переговорам в эфире, дела шли откровенно плохо. Как итог, за первую волну высадки, мы смогли закрепиться лишь в четырех точках вокруг столицы. Без полного уничтожения укреплений, а вместе с ним и город, штурм точно захлебнется. Но такими темпами кварианцам достанутся одни руины. Адмиралам хотелось этого избежать.
Из минусов — для сухопутного транспорта застроенный город был непроходимым, а идти на штурм на аэрокарах не имело смысла. Поэтому нас высадили прямиком за стеной щитов, дальше пешком. Реактивным штурмом вместе со спецназом Совета Цитадели, мы передвигались по очереди, прикрывая тылы. Наше продвижение остановилось вокруг каких-то руин с грибовидным сооружением. Я слышала, как без перебоя щелкала снайперка Вакариана, засевшего наверху вышки. Однако гетов не становилось меньше. Пришлось вызвать артобстрел с орбиты, который подорвал одну из фабрик рядом с нами, откуда непрерывно шли геты.
Бои внутри города велись в основном на средней дистанции. Из-за плотной застроенности глаза просто разбегались в поисках врага в этих металлических нагромождениях. Стрелять могли откуда угодно. Одно оставалось плюсом, мирных жертв тут попросту не было. Впрочем, тут как посмотреть, наверное, если ты из гуманистов. Не все геты сражались с нами и были военными целями, большинство из них выполняли вполне «мирные» функции: ремонт, строительство или добыча ископаемых.
Я сама видела пачку дронов, пытающихся восстановить линию электропитания прямо под орбитальным обстрелом. А некоторые пытались вывозить поврежденных гетов, словно наши медики. Можно было даже засомневаться, что они просто искусственный интеллект, бездушные машины, а не некая раса синтетической жизни. Глядя на подобные картины и дальше, я невольно задумывалась, пусть лишь на миг: «а точно ли геты начали эту войну?».
Впрочем, сейчас это не имело никакого смысла, война должна быть закончена немедленно. Слишком многое стоит на кону. Как подтверждение, в ход пошли козыри кварианцев, о которых упоминали адмиралы и делали ставку при штурме — кассетные торпеды дредноутов с электромагнитным воздействием. Я увидела в действии одной из них воочию. Противоракетная оборона гетов пыталась поймать торпеду, как вдруг она разделилась на составные. И вскоре небеса разверзлись резкими звуками раската, и озарились ярким голубоватым свечением на местах падения от радиоактивного следа боеголовок, высекая разряды, словно молнии.
