Черный телефон, стоящий на столе, разразился пронзительным звоном. Звук полоснул меня по ушам, по нервам, как бритва, и, зажав уши руками, я выбежала из дома, вопя во все горло.
– Вот, выпей, – сказал Юра, присаживаясь возле меня на кровать.
– Что это?
– Успокоительное на травах. Не бойся, Лора, никакой химии. Корень валерианы, пустырник и еще что-то. В аптеке сказали, ребенку не повредит.
Лицо у Юры было усталое и, я бы сказала, хрупкое. Словно он в любой момент может закричать или разрыдаться. Гостиничный номер, где мы сейчас находились, был тесноватым, но зато окна выходили на Быструю. Смотришь на водную гладь и хотя бы на время чувствуешь себя свободной, не запертой в комнате, в доме. В собственной жизни.
– Зачем ты уговорил меня продать квартиру? – плакала я в машине пару часов назад, когда мы ездили по городу в поисках временного пристанища. Можно было поехать к Агате или Татьяне Петровне, но не хотелось стеснять людей, сваливаться им на голову. Не откажут, конечно, но вряд ли обрадуются. Да и не хотелось полночи объясняться, ловить на себе сочувственные взгляды и убеждать кого-либо в собственной нормальности.
– Но ты была не против, мы все решили, – отбивался Юра.
– Ты решил! А я, дура, согласилась! Что это за место? Что за дом?
Юра тоже взорвался, не выдержал.
– Превосходный дом! Я ничего такого не вижу! Ничего нет, никаких скачков во времени, привидений, барабашек! Ни-че-го! Все в твоей голове, Лора, пойми это уже!
Мы кричали друг на друга, чудом не разругавшись окончательно. Потом нашелся номер в гостинице «Берег Быстрой», Юра уложил меня в кровать, я немного успокоилась. Муж сходил в аптеку, купил мне лекарство, попросил принести в номер чай.
– На какой срок ты забронировал комнату?
– На ночь, – ответил Юра. – При желании мы сможем продлить или найти что-то более подходящее, но…
Я знала, что он хочет сказать. Но зачем мотаться по гостиницам и съемным квартирам, если у нас собственный прекрасный дом. Дом, в который я не желала возвращаться.
– Лора, послушай. Ты можешь какое-то время пожить у Агаты или моей мамы. Немного придешь в себя, обдумаешь ситуацию, – голос звучал просительно, – надеюсь, все будет казаться не таким ужасным.
Я не хотела жить у Агаты или его матери. В любом случае, это не выход, а временная мера. Потом-то что? Я рожу, в какой обстановке будет расти ребенок? А Ксюша? Голова шла кругом.
– Мы должны продать дом. Другого выхода я не вижу.
– Нет! – Это прозвучало как вскрик. – Прости, не хотел повышать голос, но ты должна понять! Дом нравится мне, Лора, он
– Это эгоистично с моей стороны – сходить с ума там, где все настолько замечательно, – едко произнесла я.
– Перестань! Но мы же можем подождать, пока ты родишь? Может, это гормональные скачки, все пройдет! Господи, ну давай священника позовем, гадалку, экстрасенса, я на все готов, лишь бы ты успокоилась и выбросила из головы мысль избавиться от дома.
Мы пререкались еще какое-то время, но так ни к чему и не пришли. Мне захотелось спать, глаза слипались, и я сказала, что мы вернемся к разговору позже. Собственно, и говорить было не о чем: у каждого из нас своя позиция и точка зрения; пока обстоятельства остаются прежними, что изменится?
Я быстро заснула, но в какой-то момент проснулась. Была ночь, Юра тихо говорил с кем-то по телефону, закрывшись в ванной. До меня долетали обрывки фраз: «что с ней делать», «я ничего такого не вижу», «как быть, ума не приложу», «уговорить вернуться». С кем это он? Наверное, с матерью. Жалуется на плохую жену.
Мне хотелось спать, и я не додумала эту мысль, снова провалившись в дрему. Второй раз проснулась уже под утро. В голове прояснилось, созрело решение. Я вернусь в дом: не желаю, чтобы Юра и остальные считали меня сумасшедшей истеричкой. Привидения и прочие «радости» не причиняют мне вреда, надо реагировать спокойнее, принять их как данность.
Но не просто принять, а попробовать докопаться до сути. Постараться выяснить что-то об этом доме, узнать, что там произошло. Если верить книгам и писателям-мистикам, призраки не берутся из ниоткуда. В том месте, где они появляются, что-то их держит. Я должна понять, что именно. Узнаю – расскажу Юре, четко и аргументированно, после и будем решать.
Приняв решение, я заснула в третий раз и проспала до тех пор, пока Юра не разбудил меня, сказав, что нам пора съезжать, освобождать номер.
Пока мы собирались, муж смотрел на меня с опаской, как на «неведому зверушку», от которой только и жди неприятного сюрприза. Меня это задевало, но я постаралась подавить обиду. В конце концов, эмоции Юры вполне объяснимы.
– Тебе не нужно на работу?
– Поеду к двенадцати, я предупредил… – Он откашлялся. – Сказал, что в семье небольшие проблемы.
«Еще какие проблемы! У жены фляга свистит. Все отнеслись с пониманием», – подумала я.
– Юра, я согласна вернуться домой.
– Отлично, – с облегчением ответил он.
– Ты с мамой ночью говорил? – вспомнила я его разговор в ванной.
Муж слегка смутился.
