У моего советника в уголках глаз поселился страх, и лицо приобрело землистый оттенок. Кажется, до друга дошло, ЧТО я хотел сказать. Без Аднан мне нет жизни. Мои чувства можно было сравнить с маленьким живым ростом, который пробился на выжженной земле, сквозь плотный слой пепла. Один раз я потерял свою любимую, пройдя через все возможные муки от смерти истинной пары. Больше, это не повторится.
- Почему иллюзорный кинжал не причинил тебе вреда? Меня он прошил насквозь. - Поменял тему Сай, отворачиваясь от моего взгляда.
- Думаю из-за связи, - подал голос Кай, подходя к кровати и прикладывая ладони к голове Аднан. - Раз вы связаны, то магия не навредит своему создателю.
- Что ж, значит лучше не рисковать и следить за своим языком. А то вдруг госпожа иллюзионистка расстроится. - Неловко пошутил Сайрус и добавил, - Нужно проверить списки.
- Хорошо. Доложишь, когда будет информация. - Согласился я и прилег на кровать.
Слабость поглощала все силы, словно ко мне подключили насос и выкачивали их. Так действовала связь истинных пар. Именно так я почувствовал смерть Наи. Это чувство не передать словами и даже не с чем сравнить. Умереть, будучи живым, очень больно и невероятно мучительно. А жить, будучи мертвым наполовину, ещё хуже. В сердце образуется дыра, способная только поглощать чужую любовь и нежность, но не способная создавать ответные чувства.
Я всё ещё сомневался, была ли Аднан Наянией? А может, это плод моей воспаленной фантазии или чьи-то коварные игры? Но в любом случае, дыра на месте сердца стала затягиваться, давая шанс на жизнь.
Через два дня мне стало лучше и я начал принимать пищу по десять раз на дню. Кай радовался этому как ребёнок, делая записи в своей неизменной книге. Он цокал языком, глядя как на глазах Аднан постепенно исчезают следы от магического огня. Моя пара выкачивала из меня жизненные силы не хуже Белой дамы. Эту страшилку рассказывают всем юношам, которые начинают по ночам бегать к девушкам. Якобы ветреных юнцов может встретить красавица при свете полной луны, которая своим поцелуем выпьет все жизненные силы, оставив один скелет. Лишь тот, кто понравится Белой даме своей обходительностью, сможет уйти живым. Подозреваю, что этот ужас был придуман для того, чтобы минимизировать потерю невинности среди юных красавиц, которые привечают своих кавалеров по ночам.
Я же уничтожал огромное количество пищи и всё равно умудрился похудеть. Аднан не приходила в себя, но по уверениям Кая, чувствовала себя всё лучше. Старый маг проводил все дни в моей спальне, сканируя женщину и подтверждая мои догадки. Она действительно начала видеть, глаза постепенно заживали. А организм не давал очнуться, просто потому, что во сне все процессы проходят легче.
Списки Теней ничего не дали. Сай рвал и метал, грозясь лично линчевать не удачливого убийцу, но мы оба понимали, насколько эти угрозы ничтожны. Сложно найти того, кто на шаг впереди нас. А единственный кто мог бы рассказать, с какой стороны идёт угроза, с трудом приходил в себя. Кости Давида медленно срастались, как и внутренние органы, которые были хорошенько отбиты. Дворец будто превратился в лазарет только для песчаников.
На пятые сутки глубокого сна Аднан, когда Кай отлучился на обед, я немного задремал, прижавшись к хрупкой фигурке женщины. А проснулся от ласкового поглаживания. Настолько эти ощущения были привычными и правильными, что в первый момент, мне даже показалось, что всё это дурной сон. Что все эти шесть лет боли без Наи - всего лишь злая иллюзия.
Поймав маленькую руку, я прижал её к губам и поцеловал. Открыв глаза, замер под самым необычным взглядом, который мне приходилось видеть. Серая радужка у Аднан расплылась по всему глазу, оставляя лишь немного белка, а зрачок сменил свой чёрный цвет на светло серебристый. Я вглядывался в эти потрясающие глаза, совсем забыв про время.
- Здравствуй, любимый. – Чуть дрожащим голосом, нарушила молчание ...Ная.
Просыпаться, вспомнив всё, было очень мучительно. Когда я ещё пыталась вернуть себе воспоминания, в первые годы своей жизни иллюзионисткой, я представляла, как это будет. В моих мечтах память возвращалась лавиной, сметающей привычный мир. Или волнами, большими волнами, полными разных воспоминаний о любимых и дорогих людях, о доме и счастливых моментах в нём. Тем страннее было очнуться и просто помнить всё то, что безуспешно пыталась вспомнить на протяжении шести лет. Я лежала на кровати, рядом с мужем, и не могла поверить, что это было со мной. Казалось, будто мне приснился кошмар, от которого я смогла очнуться.
Очень хотелось поплакать, но слёз не было, хоть глаза и пекло. А проморгавшись, я вдруг поняла, что вижу. Еще одно чудо в моей жизни.
