– Ох, Ника, как это тяжело все видеть. А ты ведь была там от начала и до конца!
– Да, и хочу сказать ты много интересного пропустила!
– Что ж там интересного то?
– А ты что, феникса не заметила?
– Конечно заметила, красавец просто. – Варя перестала плакать, только иногда всхлипывала.
– И как ты думаешь, кто это?
– Наверное Уорфик привел.
– Не-е-ет… – протянула сестра – у тебя вторая попытка!
– Сдаюсь! – Варя улыбнулась.
– Это наш физрук!
– Да ну! Как так, то?
– Сама поразилась!
– Он такой… стремненький…
– Ага. А превратился в красавца! А наша то, Нина Васильевна – волк!
– Ого! И они не побоялись перед студентами оборачиваться?
– Думаю, некоторым просто сотрут память.
– Но, так нельзя! Если бы студенты сразу обо всем знали, было бы проще! Да и нельзя стереть память, о тех, кто был с нами рядом в бою! Мы защищали друг друга! Это не честно! – пылкая речь Вари задела Нику за живое. У той на глазах появились слезы.
– Я знаю, сестричка. Но мы их не забудем. Нам то память точно не сотрут!
– Так нельзя! Я так не оставлю! – Варя соскочила с кровати и побежала в коридор.
– Ты куда? – крикнула вслед Ника, но сестра уже унеслась. И девушка отправилась следом за ней.
***
– Скольких мы потеряли? – спросила Нина у ректора.
– Семь человек унесли марканы, пять в лазарете, трое погибли при сражении.
– Многовато для ВУЗа. – с грустью ответила новая «историчка».
– Ты права, Калайда. – согласился Виктор. – Я не знаю, как смотреть в глаза их родственникам.
– А ты почему так долго ждал? – возмутилась кошка, обращаясь к Данилу.
– Я не привык в этом мире показывать свою сущность. – спокойно ответил тот.
– Мы все не привыкли! И не привыкнем! – повысила голос Калайда.
– Я год как вообще не перевоплощался! Не ори на меня! – тоже повысил голос Данил.
– Ты, петух ощипанный! Мы бы давно справились, если б ты помогал!
– А ты кошка драная! Что ж ты сразу не обратилась?
– Ты, рожа козлиная, кого ты драной назвал? Канарейка ты пернатая? – кошка зарычала.
– Что ж ты, корова, не смогла студентов сама то защитить? Раз такая умная?
Остальные стояли и смотрели на перепалку. Молча.
Ссору прервал удар двери об стену. Все посмотрели в ту сторону. На пороге стояла Варя. В кабинете настала долгожданная тишина, которую прервала девушка.
– Да как вы можете! Вы все виноваты! Спорите тут, стоите! Да если бы вы, всем сразу рассказали обо всем, было бы проще! Из всех студентов, по пальцам можно пересчитать, кто знал о ситуации и был готов! Вы! – она ткнула пальцем в группу преподавателей, – Вы все виноваты! Марканов было еще не много, и обернувшись, вы бы помогали тем, кто знает свое дело! А в итоге! В итоге вы сотрете память, и все! А что будет дальше? А если опять марканы? А студенты даже не знают как реагировать! Они видят родных людей, страшные картины! Потом их сердца разрываются! Кто-то верит и уходит с ними! И после этого, вы тут стоите и спорите кто виноват? – девушка замолчала.
Глядя на них, она видела, что некоторые ее понимают и поддерживают, а некоторые нет. Повисла пауза. Девушка развернулась, и выходя громко хлопнула дверью. Штукатурка посыпалась, бокалы задрожали, картина упала со стены. Но ни кто не произнес ни звука. Еще пару мгновений они приходили в себя.
– А она права. – нарушил тишину Хорин. – Дети бы знали как сражаться и чего ждать.
– Они уже не дети! – вставил математик. – Они взрослые люди!
– О чем ты! – Вставила Нина, – Какие взрослые? Им от восемнадцати до двадцати четырех!
– Я в свои двадцать пять уже работала! – поддержала мужчину декан изобразительного.
– Но, ты знала уже кто ты! – поправил ее Хорин.
– Давайте, – громко и грубо сказал Виктор, – вы все заткнетесь, голова болит. – все послушались. – И так. Так… Так… Вот. Я решил. Ты, Дарья, – показывая на изобразительницу, – найдешь всех родственников, кто пропал, и сообщишь им новость. Ты, Михаил, – Указал на математика, – Сообщишь о гибели студентов их родственникам. Алекс, Нина и Данил, вы отправитесь на поиски пропавших. Калайда, ты следишь за пострадавшими. Остальные следят за студентами. Сообщить всем педагогам, что сбор завтра в восемь утра. Студентам сообщить, что сбор завтра, в шесть вечера. Все свободны.
Варя бежала по коридорам, не разбирая дороги. Только подальше от кабинета. Глаза застилали слезы. Девушка даже и не думала их вытирать. Обида и душевная боль душили ее.
Оказавшись на улице, она побрела в парк. Ее уединение нарушила подруга. Догнав её, взяла под руку и заговорила, как ни в чем не бывало:
– Я все таки узнала, почему на нас косо смотрели!
– Сонь, может потом? – шмыгая носом, устало проговорила девушка.
Но, подруга ее будто не слышала.
– Оказывается, мы были правы!
– В чем? – обреченно спросила Варя.
– Нас сюда запихнули именно из-за наших талантов, а не из-за любви к картографии!
– Кто тебе такое сказал?
– Когда мы приземлились на своих «темных» друзьях, я заметила парня, со старшего курса. Он как то зло на нас смотрел!
– «Мы» – это кто?
– Ой, долго рассказывать! В общем, Артем…
– Это тот, что с тобой до рубильника дошел? – у Вари наконец-то появился интерес в голосе.
