– Нет, ну надо же, какой грубиян! – думала она о Черном Принце. – Хоть бы уважение проявил какое-то к девушке! Ну, ладно, молодой женщине. Но нельзя же так, как мешок картошки! И глаза эти, в душу смотрит, прям! Вот как сразу человек не понравится, так общение и не заладится. Охрана его – мумия с глазами. Хоть бы слово сказал. Фигура из музея мадам Тюссо. Да нужны они больно оба!
Женька продолжала злиться, так как ее здорово задело поведение Ван Со, Черного Принца, как она мысленно продолжала его называть.
– Мое родовое имя ему не нравится! Теперь я буду Чжен, с ума сойти! – распалялась все больше и больше Женька и вдруг затихла.
В голову пришла мысль о том, что она может оставаться обычной Женькой, подругой Лиды, жить свою современную жизнь, встречаться с умными, вежливыми и без разбойничьих замашек мужчинами. Без потрясений и странностей. Без дара, которым ее наградила пещера. Обычную жизнь. Скучную до невозможности. С воспоминаниями о несостоявшейся свадьбе и раскрывшейся непорядочности такого надежного с виду жениха. На окраине Москвы. На большее не хватит средств. С выездами в центр и, пару раз в год, недельными или чуть больше путешествиями. Гордиться этим и считать, что жизнь почти удалась.
Женька посидела еще немного и поняла, что никогда не сможет отказаться от возможности бывать там, куда нет доступа никому. Что готова казаться странной, что готова терпеть надменность Черного Принца, потому что чувствовала, что эта встреча не последняя. Пусть так, но жизнь начала обретать новый смысл. Вернее нужно узнать этот смысл, расшифровать слова монгольского шамана, потому что до сих пор совершенно не понятно для чего все это и какова роль Женьки в этом древнем мире.
7.
Женька царапала ногтем уже знакомый валун, она точно знала, что Черный Принц скоро будет, что-то необъяснимое словами давало ей это предчувствие. Женька вспомнила бесстрастное скуластое лицо, узкие пронзительные глаза и высокую фигуру.
– А ловко он меня в седло закинул, не барышня кисейная, сила есть, – ей хотелось злиться и дальше, но обида уже прошла, и наступило время любопытства. – Ну и внешне симпатичный. Наверное, придворный стрелок. Какой-нибудь самый главный среди них, с охраной ходит, – гадала Женька. Заслышав стук копыт – она подняла голову и встала. Черный принц кинул поводья слуге и шел к ней.
– Чжен, не убегай больше. Я знаю, кто ты, но не знаю, почему ты послана ко мне. Не бойся. Надо поговорить.
Сказать, что Женька была шокирована – не сказать ничего. После первой встречи, когда с ней обошлись, как со свернутым в рулон ковром, слова мира и протянутая рука казались шуткой. Но Женька приняла поданную руку и Ван Со помог ей спуститься на дорогу.
– Лучше поговорить в деревне. Ты видела дом, там удобнее, я купил его родителям слуги и моего верного друга – Мэн Хо. К сожалению, их уже нет, но мы приезжаем туда, когда хотим побыть вне дворца, я… ну, иногда мне нужно выезжать из дворца по своим делам.
Ван Со аккуратно посадил девушку на лошадь, и пыльная дорога опять побежала перед глазами. Полчаса пейзажа, повторяющегося похожим кустарником и деревьями, несколько минут на привязь коней, и Женька оказалась внутри знакомого дома.
– Я знаю, что ты Дева Времени. Я был в буддистском храме, видел свитки, ты не первая, хотя до тебя их появлялось всего несколько и очень давно. Боги посылают Деву, когда нужно менять судьбу человека или государства. В тот момент, когда ты появляешься в нашем мире – только я чувствую ветер. Ни холодный, ни теплый, лишь движение воздуха по лицу и волосам. И я чувствую, где ты появишься – так я тебя и нашел. Ты послана для меня. Для Корё. Из какого ты мира?
Объяснять что-то про Князя Игоря и Святослава, Киевскую Русь и освоенные территории 10 века Женька не стала. Она вспомнила, как сама пыталась впитать поток незнакомой информации и захлебнулась им.
– Я из северных земель, настолько северных, что нужно проехать три земли Китая, чтобы добраться. И подумав, добавила, – Но, я еще и через тысячу лет, как бы. Женьку бесило то, что она стала заикаться и не могла нормально выразить мысль. Убивала и сложность объяснений в принципе. Сейчас она здесь и «её земли» были в десятом веке в тридесятом царстве, но когда она дома, то они станут в разы ближе к почти соседским Китаю и Корее. Опять же – самолет. Часов семь – и ты в Монголии, восемь и уже в Китае. Но о каком самолете можно говорить, если память еще показывает картинки повозок с коротконогими лошадками и веревочные сандалии крестьян. За постановку кино тогда приняла. Да уж. Думала еще – реквизит, какой классный, даже не новый, чтоб достовернее было.
К большому облегчению Женьки, её ответа оказалось достаточно, и она выдохнула. Самое сложное – объяснить кто она и откуда, вроде бы удалось. Да и Черный Принц оказался не таким уж грубым и надменным, как при первой встрече. И симпатичный, и внимательный. Если хочет этого. Захочет ли он и дальше быть внимательным и заботливым? И все же кто он?