Обдумывая эту мысль под тенью клена, сгорая от любопытства и желания осмотреть местность получше, Женька совершенно не услышала топота копыт. Отвлеклась, пытаясь охватить взглядом дорогу и думая, куда она ведет. Два всадника спешившись и ведя коней под уздцы, подходили к ней все ближе и ближе.
Женька, наконец, услышала шаги, обернулась и замерла. Первым желанием было немедленно сбежать домой, а вторым – узнать, где она и почему здесь оказалась. Домой можно попасть в любую минуту, опасности нет, а вот любопытство есть, да еще и какое!
– Ты кто и что здесь делаешь?
Голос был властным и жестким, глаза Черного Принца, а так Женька окрестила про себя первого всадника, смотрели совсем недобро. Она слышала чужой язык и удивленно осознавала, что понимает его. Странно, что это смесь корейского и китайского. Поездив по странам и общаясь со многими людьми, Женька и Лида пользовались английским, но пару фраз на других языках понимали.
– Кто ты и откуда? Отвечай! – размышления прервались настойчивым приказом.
Черный Принц и его спутник подошли совсем близко. Женька стояла, не зная, что делать в такой ситуации. Голоса отдавались в голове, но она прекрасно понимала все слова. Как-то всё само. Как синхронный перевод. Можно было думать и дальше, но в следующую минуту Черный Принц вскочил на лошадь, оказался совсем рядом и подхватил Женьку, усадив впереди себя.
– Хорошо, что я могу вернуться назад в любую минуту, – думала Женька, приоткрывая глаза и опять зажмуриваясь. – Хорошо, что меня не укачивает на американских горках. Хорошо, что я люблю горные лыжи… – продолжая мысленно причитать, Женька успокаивала себя как могла, так как скакать на лошади ей раньше никогда не доводилось. Если честно – она их боялась. Когда все мысленные аргументы по поводу того, что все не так уж и плохо закончились, Женька почувствовала, что скакать неудобно, в голове сумбур, но страха нет. Одной рукой Черный Принц управлял конем, другой держал девушку, не давая ей упасть. И то, что они скакали молча, что с ней не разговаривали и не задавали вопросов, ее вполне устраивало. Женька прикрыла глаза и ждала остановки приговаривая свою любимую присказку путешествий: «Любая дорога когда-то заканчивается».
5.
Внезапная остановка оказалась резковатой. Всадники спешились на окраине небольшой деревушки. Невысокие дома, деревянные настилы, домашняя утварь, выставленная во двор для просушки. Обычная деревенька, только азиатская. Черный Принц стащил Женьку с лошади и поставил на землю, хотя со стороны это больше напоминало разгрузку мешков с зерном. Второй всадник усмехнулся, но быстро принял свой обычный бесстрастный вид. Черный Принц и его спутник были довольно похожи, но что-то неуловимое в гордой осанке и повелевающем взгляде одного и бесстрастной исполнительности другого говорило о полном подчинении слуги хозяину.
Женьку дернули за руку и ввели в дом. Там было небогато, но и хижиной для простолюдинов эти комнаты назвать было нельзя. Качественная, вручную расписанная яркими цветами посуда, вышитая добротная ткань на диванчиках и сами диванчики с резными ручками указывали на определенный статус хозяев. Черный Принц махнул рукой на ближайший и повелительно кивнул головой – Женька присела. Мужчина остался стоять посреди комнаты, его спутник за дверью.
– Рассказывай кто ты и откуда.
Последний раз таким тоном и с таким взглядом Женьку отчитывал начальник отдела на предыдущей работе. Женька тогда ошиблась не так уже и сильно, поэтому было вдвойне обидно за строгий тон и лед в глазах.
– Я заблудилась, я не знаю, как здесь оказалась. Я не знаю где я. И кто вы, в конце концов?! Почему увезли? Зачем схватили? – Женька решила, что лучшая защита, это нападение, а если что, то родной дом недалеко – только глазом моргнуть. В прямом смысле этого слова. Мужчина продолжал молчать, ожидая дальнейших объяснений. Было совершенно ясно, что он понимает Женькину речь полностью.
– Я это… я тут вот, споткнулась, ударилась… А что это за место и какой сейчас год? – Женька изобразила щенячий взгляд, решив сменить тактику беседы.
Как ни странно – Черный Принц ответил. Этот вопрос словно снял некий барьер и вывел его из состояния надменного молчания.
– Город, рядом с которым ты оказалась – Кэгён, ты забыла название столицы великого Корё? Сейчас июль 953 года. Меня зовут… Можешь звать меня Ван Со. Как твое имя?
– Женька, ой, Женя, то есть Евгения. Евгения Павловна, – Женька давно так не терялась. Она уже уяснила, что это не Москва, даже начала понимать, что здесь идет время не двадцатого века, но быть заброшенной в эпоху еще до Чосона – это слишком далеко. Вернее глубоко. Точнее … да как описать состояние, когда ты падаешь из двадцатого века в десятый, да еще и не в свою страну.
– У тебя слишком длинное и сложное родовое имя. Я буду звать тебя Чжен. Чжен – значит глаза бодисатвы Авалокитешвары. Глаза Будды. Я уже видел несколько иноземцев. У вас необычные глаза. Как синь или серебро неба, где обитают Боги.
