Так что же нарушило эту счастливую и размеренную жизнь? Что опять пошло не так? Почему с Эвеном случилась такая беда? И вообще, что именно произошло с Эвеном? Что за неизвестная болезнь постигла его, которую не могут определить врачи, и на которую не действует моя сила исцеления.
В новой реальности я с детства знала Эвена. Мы всегда симпатизировали друг другу. А когда стали подростками, влюбились. Наши отношения довольно быстро переросли физическое влечение. И это вполне нормально. Когда ты кого-то любишь больше всего на свете, ты хочешь быть с ним максимально близок.
В воспоминаниях Аманды мы были идеальной парой, всегда рядом, всегда вместе, буквально наслаждались друг другом. В общем, как говорится, совет да любовь.
Но была в этой бочке меда и серьезная ложка дегтя, можно даже сказать, целое ведро. Эшли. Единственный человек, который был категорически против. Она не разделяла наших чувств и всеобщей радости за нас. Моя сестра постоянно твердила, что мы с Эвеном не предназначены друг другу, мы не пара, он не моя судьба. Это расстраивало Аманду и немного нас в ее воспоминаниях. Однако с ворожеей не поспоришь. Эшли обладает очень сильным даром видеть истинную любовь между людьми, их предначертаность друг другу.
Аманда задержалась на одном из наших разговоров, став невольным свидетелем.
– Но Эшли, ведь нам так хорошо вдвоем. Мы отлично понимаем друг друга, – с обидой произнесла я. – Почему тебе обязательно все портить?!
– Потому что это не по-настоящему, – непреклонно ответила сестра. – Ваши чувства всего лишь сильное влечение, не более того. Ваши ауры очень похожи. Очень! Но они не одинаковы. Вы не будете счастливы! Все кончится плохо. А я не хочу этого!
– Но в нашем будущем я не вижу ничего плохого, – настаивала я.
– Давай не будем забывать, что ты в принципе его плохо видишь, – немного язвительно ответила сестра, устав доказывать свою правоту.
– Мы все равно будем вместе. И на этом точка.
Увидев это воспоминание в мыслях Аманды, я совсем растерялась. Разве мы с Эвеном больше не единое целое? Но как такое возможно? Почему в моем прошлом все было иначе? И Эшли была в этом уверенна с первой нашей встречи. Что происходит опять?
Больше Аманда ничего не показала по данному вопросу. А у меня в душе повис еще один камень. Ведь никто не мог предположить, насколько сестра была права в своих убеждениях. Все кончилось плохо. Эвен присмерти.
Продолжим.
Благодаря моим способностям, расстояние для нашей любви не имело значение, я в любой момент могла переместиться к Эвену и побыть с ним. Мама это отлично понимала, поэтому часто беседовала с Амандой о наших отношениях, беспокоясь и переживая о последствиях. Как выяснилось, переживания эти были небеспочвенны.
Через полгода после своего восемнадцатилетия я удивленно обнаружила две полоски на тесте. И хорошо, что Эвен приезжал к нам в гости после новогодних праздников. Иначе, как бы мы объяснили окружающим его отцовство? Я в России, он в Англии, и между нами порядка трех тысяч километров. А я беременна.
Что тут началось!
Все, конечно, были шокированы данным фактом, но в основном радовались, поздравляли, желали здоровья и оберегали. Однако, в итоге семья разделилась на два лагеря. Мы с Эвеном живем не просто в разных городах, а в разных странах. И для совместного воспитания ребенка это создает определенные сложности. А еще я учусь в институте, Эвен только начал строить карьеру, и кому-то из нас надо сделать выбор в пользу семьи.
Два воюющих лагеря были совершенно неравнозначны. С одной стороны папа, дедушка и моя драгоценная юная сестра-ворожея; с другой стороны мама, бабушка, Аманда, Ричард, родители Эвена и даже мои друзья. Папа, дедушка и Эшли считали, что я должна окончить институт. А все остальные, что должна бросить учебу, переехать к мужу и заниматься ребенком. Папу такой расклад совершенно не устраивал, потому что я была единственным приемником его компании, которую он создавал на протяжении многих лет. Он часто брал меня на совещания, чтобы я потихоньку вникала в суть дел. И дедушка полностью поддерживал его в принятом решении. У Эшли были другие причины соглашаться с ними.
В общем, пережив многочисленные споры, папа с дедушкиной поддержкой остался непреклонен. Всем пришлось согласиться. И, к счастью, Эвен благосклонно принял решение моего отца, что впоследствии укрепило их отношения.
Мы с Эвеном официально оформили наши отношения. Он часто прилетал к нам, но еще чаще я перемещалась к нему, о чем, конечно, почти никто не знал. Беременность протекала нормально. Антон родился в тот же день, что и в моей памяти.
После защиты бакалавриата папа все-таки отпустил меня к мужу, и я продолжила обучение уже в Лондоне. Мы с Эвеном купили дом, Антон пошел в школу, потом родилась Лили.
Я с удивлением и восторгом просматривала всю прожитую жизнь, о которой не помню. Во всех воспоминаниях Аманды я не увидела никакого намека на то, что случилось со всеми нами в другой жизни. Сколько горя свалилось на наши головы тогда.
И в очередной возник вопрос. Почему я ничего не помню?
