На ажурной скатерти моего трюмо незапечатанное письмо. Сердце сжимается в предчувствии непоправимого, пока подхожу к раскрытому окну, чтобы поднести бумагу к сумеречному свету вечернего солнца.
Читаю.
Всего пять слов, изменивших все:
«Я верну ее тебе.Прости».
***
- Где ты, Варг? – спрашиваю у безмолвных вершин стоящих вечно гор. – Где же ты так долго?
Лишь посвист ветра и шелест листвы вторят мне унылым завыванием.
Но мне ни к чему ответы. Я знаю все и так. Шаркающей походкой возвращаюсь в ветхое кресло на веранде. Дышать все тяжелее. Меня снова и снова душат тиски жестокого кашля.
Обеспокоенная служанка подносит мне кружку горячего молока с душистым ароматом цветочного меда. Его доставляют в любую погоду, чтоб смягчать приступы, в которых захожусь все чаще.
Но это не лекарство.
Я не дождусь Его...
Их.
Тазрн отправился на поиски моей уже повзрослевшей дочери. Прихватив с собой и Илиска, конечно. Я лишь надеюсь, что они нашли и освободили ее до того, как Варг...
Не хочу произносить этого даже в мыслях. Но уже понимаю – Он не вернется.
Я ни разу не прожила больше нескольких месяцев после кончины своего Тазрна. А сейчас я чувствую - мне остались считанные дни.
***
Кружевной абажур висячего светильника мерно качается над головой. Слуги не жалеют свеч, сменяя их всю ночь в моей спальне с нежным цветочным узором обоев и простыней.
Я больше не сплю. Не могу. Мне кажется, если усну, то уже не проснусь и пропущу возвращение... кого-нибудь.
Хоть один из них должен вернуться живым!
Все не напрасно! – уверяю себя в который раз, метаясь в жуткой агонии вины.
- Мадам, - нерешительный голос служанки, поправляющей расползающиеся подушки, возвращает меня в комнату, - там мсье Илиск. Он просит позволения войти.
- Зови, - сглатываю пересохшим горлом.
Илиск, значит...
Друг переступает порог, подходя к изголовью. Его движения полны мрачной решимости – Илиску придется сообщить мне страшное.
- Его больше нет? – опережаю его намерения.
- Прости, - говорит Тазрн, опустив голову, - я не сберег его.
- Кхм, - мрачно усмехаюсь в ответ, - разве его остановишь, убережешь?
- В этот раз я и не пытался, - вскидывает Илиск голову, сверкнув зеленым огнем, - Варг искупил вину. Это была достойная смерть.
- Искупил?! – приподнимаюсь, с надеждой вперившись в приоткрытую дверь глазами.
- Она здесь, - улыбается друг, махая кому-то, мелькнувшему в будуаре.
Глава 37.
Получается, Варг все же вернул своей единственной ее дочь.
Ценой собственной жизни.
Повзрослевшую, грустную девушку с большими тоскливыми глазами. Которая, определенно, передумала и перечувствовала много чего болезненного, прежде чем ее вернули матери.
И которая прожгла в моей душе неизгладимый след солнечным взглядом родных глаз.
