Мы повернулись, как по команде и увидели большое дерево, очень красивое и видимо очень старое, части его корней лежали на земле, вернее разбросались как щупальца какого-то существа, дерево было не высокое, но с очень пышной и густой кроной. Ствол у него был обычный, в смысле круглый. Но, самое поразительное это листья, с одной — внутренней стороны они были зеленые, а с наружной красные. Оно напоминало женскую фигуру, а ветви — руки, воздетые к небу, и когда в них запутался ветер, показалось, что дерево танцует, или машет нам руками — ветвями. Красиво. Надо признать, что разговорчивый мох несколько портил идеалистическую картину, особенно когда заговорил.
— Налюбовались, ведьмочки?
— Красивое у вас…. Место жительства?
— Да, — с гордостью ответил мох, — я долго за него боролся.
— С кем?
— Как с кем? Собственно с местом жительства так сказать и боролся, ах-ха-ха.
Ну и смех у него. Очень не приятный звук!
— Что ты девочкам голову морочишь, старая зеленая плесень!
Хотелось, конечно, сказать что — ни будь, но мы с Цветой смогли только рты по открывать, коллективно и синхронно.
— Не бурчи старушка, ты теперь место жительства! Слышала ведьмочек! Ах-ха-ха!
— Тогда считай что у тебя перепланировка!
И дерево начало двигать корнями! В прямом смысле слова, оно подкидывало их вверх, и переворачивало, а потом закрутило ветвями-руками и на мох посыпались маленькие веточки, палочки и листики, по финишу «перепланировки» мох оказался изрядно потрепанным, перевернутым и зажатым между огромными корнями очень разозленного дерева. Жутковато было, особенно когда, кора разошлась, и вверху ствола появилось женское лицо!
— И вот в таких условия жить приходиться! Да мне за вредность стакан воды родниковой каждый день давать нужно! — как — то полузадыхаючись мох пробурчал.
Интересно, а он задохнуться может?
— Эй ты, держи свои наклонности садистские при себе, понятно!
Чего это он?
— Ух ты!
Цвет как всегда в точку попала! По-другому и не скажешь!
— А мне тогда что положено? Мало того что прицепилась слизь зеленая так еще и болтает без умолку!
Нас видимо не замечали.
— Да, ладно тебе, не бурчи старушка, если б не я ты бы со скуки точно тронулась, сама-то скоко лет кукуешь?
— Не твое дело, плесневелый …
Видимо мох был прощен. Ветви, корни и остальные части дерева вернулись в свое так сказать нормальное состояние, все кроме лица, оно очень внимательно, и с любопытством нас рассматривало. Мы с Цветой занимались тем же. Нагленько рассматривали дерево. Оно было похоже на деревянную статуэтку вдруг ожившую.
— Ну что, давайте знакомиться? — когда дерево не ругалось у него, хотя нет, у нее, оказался очень даже приятный голос, правда, закрыв глаза, и не определишь он мужской или женский, но все равно приятный, — я — Ильерда
— Валенсус, — важно произнес мох и тут мы рассмотрели, что у него есть глаза, маленькие такие темные точечки, а еще руки, ну или заменяющие их части, одну из которых он в знак приветствия поднял вверх.
— Цветана.
— Сабрияна.
Немного подумав, мы вежливо поклонились
— Да вы присаживайтесь, милые, — и Ильерда подняла один из корней так, что получилось подобие лавочки.
— Спасибо, — и мы вежливо присели.
— Ну, рассказывайте!
— Хм, а что конкретно?
— Как что? Все!!! Мы же с плеснявимким здесь уже целую вечность, а события в мире оцениваем только по смене качества энергии.
— Ну, — Цвета очень серьезно задумалась, и выдала, — сейчас осень, — лучше б еще подумала.
Это развеселило всех, даже меня.
— А вы спросите, что вас больше всего интересует? — в моменты, когда не туплю, я очень даже горжусь собой.
— А полотно уже доткали? — первый вопрос задал мох, и он нас удивил. Во-первых это было реально давно, а во вторых — все говорят, что с полотном, энергия изменилась, и всем стало тяжелее да и вообще все стало по-другому, а Ильерда — энергию чувствует, как сама сказала, а этого не почувствовала, как так то?
— Да давно уже! Четыреста шестьдесят пять лет назад!
Вот это удивление, вот это я понимаю! Деревянные глаза на выкате, это я вам скажу ни в какое сравнение не идет вообще ни с чем!!!!!
— Слышь, старушка, а как это ты такое изменение проморгала? Неужто на диете сидела?
— Плеснявый, не наглей. Девчонки, а что не получилось у них, да? — даже в деревянных глазах Ильерды была четко видна надежда.
— Да получилось все. И работает до сих пор.
— Странно, — дерево вдруг задвигалось, мы поспешили встать но, — сидите — сидите, ведьмочки, это я энергию так сказать «допрашиваю».
— Старушка, давай потом, а? Ведьмочки наверняка еще много чего знают.
— Ну что, девчонки, — Ильерда так заулыбалась, что я сразу Баяну вспомнила, мне в детстве после такой улыбки обычно вкуснейшие пирожки с чаем доставались, чутье не подвело, — а хотите, я вас чаем с пирогами угощу?
— А вы еще и печете? — такое бывает не часто, но когда тупит Цвета это круто.
— Я колдую, — ласково, так как говорят с не совсем развитым ребенком, заговорило дерево.
