Торговый тракт на протяжении между Пельно и Сан-Арканом был оживленной дорогой и пролегал по хорошо обжитым местам. Разбойники здесь почти не шалили, население было сплошь мирные крестьяне. К тому же с запада на восток и обратно почти непрерывной чередой тянулись торговые караваны — это был кратчайший и наиболее безопасный путь от Закатного океана к морю. Участок, на который выбралась вранская делегация после «Зеленого кота», исключение не составлял. И все же Эйнар непрерывно озирался, мерно качаясь в седле двигавшейся ровным шагом лошади. Его не покидало ощущение опасности, а он все не мог уловить, откуда оно исходит. Правда, все чаще ему казалось, что опасность едет в центре кавалькады в зеленом платье и с золотой короной на голове.
Мирра действительно ехала в середине их маленького каравана. Справа от нее выпячивал в седле грудь сержант. Слева, то пропадая, то вновь появляясь, рысил сам правитель. Высокое положение и гордость не позволяли князю Эбельрихту непрерывно находиться рядом с хорошенькой, но отнюдь не высокородной горожанкой (хотя именно этого ему и хотелось), поэтому он то и дело проезжал мимо нее, делая вид, что инспектирует то авангард своего отряда, то тележников в обозе.
Девушка краем глаза следила за этими перестроениями, делая вид, что ее это никак не касается. Она благосклонно улыбалась молодому сержанту и задорно смеялась его остроумным замечаниям. Воины авангарда придерживали коней, чтобы посмотреть и послушать, что там происходит между сержантом и их новой спутницей. А стражники арьергарда в свою очередь подхлестывали скакунов, стремясь нагнать середину с той же целью. В итоге в центре кавалькады то и дело образовывалась пробка. Старый капитан хрипло ругался, юный правитель пытался придать голосу властность, наводя порядок, Мирра смеялась, а Эйнар все сильнее хмурился, раскачиваясь в седле в хвосте обоза.
Они пересекали обширную долину, кое-где прорезанную заросшими лесом балками и полноводными ручьями. То здесь, то там по обеим сторонам дороги виднелись деревни или отдельные хутора. Один раз солнце осветило маленький городок под красными крышами на дальнем холме. Ночевали они на постоялых дворах, удобно расположенных в дне пути друг от друга. Теперь на ночь Мирре доставалась отдельная комната. Настоял на этом сам Эбельрихт, он же взял на себя все дополнительные расходы. Эйнар промолчал, не найдясь, что ответить на это предложение. Мирра только самодовольно улыбнулась. На вторую ночь (они проводили ее в крохотной гостинице на краю очередной деревни, всей свите за исключением правителя, капитана его стражи, и, конечно, Мирры, пришлось ночевать на сеновале) Эйнар сумел пробраться к ней в спальню. Мирра не спала, она расчесывала свою золотую гриву, сидя на кровати. Рядом на тумбочке лежала ее неизменная диадема. На мгновение Эйнару показалось, что драгоценный дракон, как живой изогнулся и сверкнул алмазными глазами. Но, конечно, это была просто игра света. Мирра легко соскочила с постели (она теперь все делала легко).
— Эйнар, — воскликнула она, обнимая его за шею, — хорошо, что ты зашел. Все время плетешься где-то в хвосте, я даже успела соскучиться.
— Что за дрянью ты душишься? — строго спросил он, аккуратно высвобождаясь из дружеских объятий. — Во имя богов, — предупредительно поднял руку страдалец, — не нужно испытывать на мне свои чары. Спору нет, они действуют! Но к чему это приведет?
— К чему?.. — Мирра рассмеялась тихим, мурлыкающим смехом. — К богатству, к покою, к счастью, наконец! — Потом она уже серьезно добавила: — Вспомни, у нас ничего нет! У меня, можно сказать, сроду ничего не было (Ледское наследство не в счет), а ты из-за меня лишился всех своих сбережений. Даже хибара, что сторожит сейчас Бинош, и та не до конца наша. Сумеем ли мы скопить достаточно денег на ее выкуп? И как? Я снова стану гадалкой или буду торговать рассадой на рынке?! И что будет, если моя болезнь опять вернется? Что ты заложишь на этот раз?! Бинош будет вечно таскать подносы с грязной посудой, а ты сторожить чьи-то амбары?! Нет! — Мирра тряхнула рыжими кудрями. — Мы все достойны большего! Самого лучшего! И теперь это получим! Смотри! — Мирра щелкнула пальцами, и вместо нижней сорочки на ней оказалось расшитое жемчугом и серебряной нитью платье. — Теперь мне даже не нужно произносить для этого заклинание! Извини, — тут же добавила она, видя, как передернуло друга, и взмахом руки вернула себе прежний вид. — Я знаю, тебе это неприятно. Я и не собираюсь колдовать. Это не понадобится. Я и так женю на себе этого глупого князя. И все мы втроем — ты, я и Бинош славно заживем в этом самом Вране, в покое и достатке.
