Садясь в помятый автомобиль, я вспомнил: завтра мне предстоит отогнать его в мастерскую, чтобы ему выправили рыло. А пока я поехал на проспект Прадо. Остановился там, где парковался всегда, когда мне случалось оказаться в этом районе, а именно около мусорных баков отеля “Риц”. И хотя в телефонной кабинке здесь постоянно кто-то колется, служащие отеля тут ходят и бдят. Однако, увидев, как грабят машину, они едва ли сделают что-нибудь, кроме как пожелают, чтобы ее ограбили поскорее. Но в отличие от наркоманов, которых чужой глаз не колет, пакостники чувствуют себя гораздо комфортнее, когда на них никто не смотрит. Это следует иметь в виду. Поскольку я одет хорошо, зарабатываю хорошие деньги и у меня есть что украсть, я стараюсь познавать обычаи тех, у кого всего этого нет. Я знаю, что гораздо приличнее говорить, будто тебя жутко волнует положение маргинальных слоев и этнических меньшинств и что ты готов поделиться с ними своим добром, но только почему-то все подскакивают как ошпаренные, когда узнают, что их освободили от кое-какого добра, которым они и не думали делиться.
Я вошел в кабинку, стараясь не наступать на шприцы и не прислонить трубку к уху. Трубка воняла табаком и, вопреки моему желанию, чуть не прилипла ко рту. Я бросил в щель двести песет, набрал номер Сонсолес и настроился позабавиться при любом варианте.
– Да, – в трубке откашливалась пожилая женщина. Самый слабый фланг. Стратегия А.
– Добрый вечер. Это квартира дона Армандо Лопеса-Диаса?
– Да. Кто говорит?
– С вами говорят из Податного управления.
– Откуда?
– Налоговая инспекция. Сеньор Лопес-Диас дома?
– Одну минуточку, подождите, пожалуйста.
В трубке, которую сжимала рука мамаши Сонсолес, послышалось перешептывание и затем – густое мужское “хммм!”.
– Армандо Лопес-Диас у телефона. С кем я говорю?
– Я – Эдуардо Гутьеррес, налоговый инспектор. Извините, что беспокою в такое время, сеньор Лопес-Диас. Мы звоним по вечерам, вечером легче застать налогоплательщиков дома.
– А что за проблема? Я честнейшим образом декларирую все мои доходы.
Голос Армандо Лопеса-Диаса чуть дрогнул, произнося ложь.
– Рядовая проверка. В рамках проверки уплаты налогов с ренты физическими лицами компьютер выбрал вас. Я хотел узнать, когда бы вы могли подготовить и официально представить всю документацию.
– Всю документацию…
– За последние пять лет. Всю документацию, которая подтверждает данные, указанные в ваших декларациях.
– Ах да, ну конечно.
– Итак?
– Ну… Пара дней мне понадобится, чтобы привести в порядок бумаги.
– Разумеется. Если у меня тут не вкралась ошибка. Вы – человек свободной профессии.
– Да. Я архитектор.
– Совершенно верно. И устанавливаете расценки напрямую с заказчиком.
– Да, по-моему. Да.
Предположив наобум и угадав, что Армандо Лопес-Диас – человек свободной профессии, можно было без особых мук догадаться, какими именно способами он списывает свои личные расходы, маскируя их под необходимые профессиональные затраты, как-то: такси туда-сюда, телефонные счета, автомобильчик по лизингу. Пока в конце концов не является налоговый инспектор и не вставляет ему перо… И еще незадача: он должен вести бухгалтерский учет.
– И у вас обязательно должны иметься счетные книги.
– Да, конечно.
Я забавлялся, представляя, как у Армандо по затылку струится пот. Но я из тех, кому все неймется, тем более что мои намерения были несколько иными.
– И еще кое-что, дон Армандо.
– Да? – спросил он тихо, еле слышно.
– У вас есть дочь. Сонсолес Лопес-Диас Гарсиа-Наварро.
– Да. А она при чем?
– Она живет с вами.
– Ее нет дома. Я не понимаю…
– Она незамужняя.
– А какое до этого дело налоговой инспекции?
– Ваша дочь не работает, так?
– Нет, не так, работает.
Я выждал несколько секунд, чтобы Армандо потомился и стал еще менее умным.
– Не может быть, дон Армандо. В ее налоговом формуляре доходы не декларированы. Она ведь не получает черным налом?
– Черным налом? Что вы говорите? Моя дочь работает в Министерстве промышленности. Она Государственный Технический Торговый Эксперт. – Я отчетливо услышал эти настырные заглавные буквы, которые всегда так четко выговаривают государственные служащие, прошедшие по конкурсу, и родители этих служащих.
– В Министерстве промышленности? Не может быть. В Мадриде?
– Именно в этом министерстве. Послушайте, что это за путаница?
– Да, что-то не так. Прошу прощения, сеньор Лопес-Диас. Но мы должны проверить все данные на вашу дочь.
Армандо Лопес-Диас захрустел всеми суставами. Такое случается с не в меру напыщенными людьми. Они надуваются, как беременная черепаха.
– Вы же собирались инспектировать меня, разве не так? – Он пытался разобраться.
– И вашу дочь. Вы оба выбраны для проверки. С вами больших трудностей не предвидится, поскольку у нас есть ваши декларации. Вы представите мне подтверждающие документы и счетные книги, мы сверим, и все дела. Если все в порядке, подпишем акт о проверке и управимся в полчаса. Что же касается вашей дочери, в компьютере не значится, что она платила какие бы то ни было налоги. Никаких деклараций, никаких взносов.
– Этого не может быть.
