У Клэя Джонсона пресс Адониса и смертоносная ухмылка дьявола. Практически не бывает дня, когда он не появляется в заголовках футбольных сезонов, и никогда не бывает дня, когда он не попадает прямо в серце каждой девушки в кампусе. Раньше он был самым легким из всех парней, с которыми мне приходилось спорить в качестве координатора по связям с общественностью, но после неприятного разрыва со своей школьной любовью его жизнь превратилась в бардак. А еще он стал занозой в моей заднице. Мы встречаемся, чтобы обсудить его поведение и пересмотреть стандарты отношений со СМИ. Но когда он становится свидетелем того, как я разваливаюсь на куски перед моей гитарной любовью, его мозг начинает работать. И он придумывает этот абсурдный план. Он помогает мне быть замеченной. Я помогаю ему заставить его бывшую ревновать. Притворяясь, что мы в отношениях. Чего он не понимает, так это того, что этот книжный червь — девственница и совсем не умеет соблазнять музыкантов. Поэтому, чтобы подсластить сделку, я убеждаю его помочь мне — не только привлечь внимание моего возлюбленного, но и сбить его с ног, как только он клюнет. Но чем больше я теряюсь в руках Клэя Джонсона, тем больше у меня проблем с тем, чтобы отличить фальшивое и настоящее, особенно трепет моего сердца каждый раз, когда этот захватывающий дух мужчина прикасается ко мне. Мы устанавливаем правила. Ставим предохранители. Но говорят, что правила созданы для того, чтобы их нарушать. Вероятно, стоило было добавить, что сердца тоже.
Для девушек, которые видят, в какое положение их поставило общество, а затем безжалостно работают, чтобы разорвать этого ублюдка на куски — это для вас.
Это был самый прекрасный день, когда я пала жертвой Клэя Джонсона срываясь после расставания.
Летнее солнце стояло высоко и ярко в небе, согревая мою кожу, когда я прыгала по футбольному полю Северо-Восточного Университета со своим iPad на буксире, проверяя список игроков, которых мне нужно было пригласить на собеседование после первого дня осеннего лагеря. Прохладный ветерок доносил шепот осени, слабый аромат яблок и свежего дерна обещал еще один захватывающий год для игроков NBU.
В это время в прошлом году я была в ужасном состоянии. Не то чтобы я до сих пор не дрожала как осиновый лист всякий раз, когда пыталась командовать футболистом ростом шесть футов три дюйма, но теперь у меня, по крайней мере, была посредственная уверенность в том, что за плечами стажировка, что меня наняли на неполный рабочий день в качестве помощника координатора команды по связям с общественностью.
Это была моя команда, мой год, чтобы блистать, и мое время выйти из тени.
Мои карамельные кудри подпрыгивали, когда я проносилась по полю, похлопывая по плечам нужных мне игроков и указывая им, куда идти. Я покраснела всего три раза, и мне удалось говорить чуть выше уровня мыши и поддерживать зрительный контакт со всеми ними.
Прогресс.
Я заслужила свое место здесь, точно так же, как эти игроки будут бороться за свои места в команде в этом сезоне.
Я надеялась, что уверенность придет со временем.
Я улыбнулась, когда увидела в своем списке запрос на Клэя Джонсона, одного из самых простых игроков для обучения искусству общения со СМИ. Он был естественным, глупым и харизматичным, и в то же время каким-то образом красноречивым и утонченным в своих ответах. Он говорил на камеру, как тридцатидвухлетний профессионал, а не девятнадцатилетний студент-спортсмен, и он был добр ко мне — уважителен, внимателен. На самом деле, он обычно был тем, кто пинал других игроков по руке, чтобы заставить их обратить на меня внимание, если моя мягкая просьба следовать за мной не срабатывала.
Кроме того, он был сладким, как леденец и абсолютно неотразимым, независимо от того, с каким полом или сексуальной ориентацией человек себя отождествлял.
Я легко заметила его среди моря игроков, не только из-за его роста, но и потому, что он уже снял тренировочную майку, и его мускулы блестели на солнце Новой Англии. Я изо всех сил старалась не пускать слюни на выпуклые мышцы его живота, не следить за капельками пота, когда они скользили по выпуклостям его грудных мышц и стекали по всей его длине. Эти широкие плечи были загорелыми и подтянутыми, как будто он был бойцом ММА, а не студентом колледжа.
Это заняло всего двадцать секунд или около того, столько времени я позволила себе восхищаться его острым подбородком, острой переносицей, влажной копной кофейно-каштановых волос, по которым он рассеянно провел рукой. Это движение заставило его бицепс непроизвольно напрячься, и при виде этого меня обдало жаром, я невольно вспомнила обложку текущего романа о мафии, который я читала.
Я могла себе это представить: Клэй Джонсон душит человека голыми руками, удерживает его над землей с выпирающими бицепсами, суровые глаза обещают смерть панку, если он не скажет Клэю то, что ему нужно знать.
Мгновение, и я снова оказалась на поле, профессионально приближаясь к нему.
— Клэй, — сказала я, хотя и знала, что это было слишком тихо, особенно когда парни вокруг него разразились приступом смеха над чем-то.
Я улыбнулась, заправляя непослушный локон за ухо, прежде чем заговорить.
— Клэй, ты нужен мне для прессы.
Его пронзительные зеленые глаза метнулись к моим, этим жестом фактически лишив меня следующего вздоха. Там, где эти глаза обычно были теплыми и с морщинками по краям, очерченными золотом и подчеркнутыми широкой, заразительной улыбкой, сегодня они были такими… безжизненный.
Скучный.
Безэмоциональный.
Почти… подлый.
Прежде чем он успел ответить, меня сбили с ног потные объятия сзади.
— Джиана! Моя девочка. Не хочешь ли ты сказать, что ищешь именно меня?
Лео Эрнандес развернул меня, и я поняла, что лучше не бороться с ним. Я просто подождала, пока мои ноги снова окажутся на земле, прежде чем поправить очки на переносице.
— Ты будешь в центре внимания в свое время, Лео. Не волнуйся.
— Никогда не делай этого, — сказал он, подмигнув.
Лео Эрнандес был слишком сексуальным-для-своего-блага защитником и настоящей занозой в моей заднице. Дело было не в том, что он был плох перед камерой, на самом деле совсем наоборот. Меня удерживали его внеклассные занятия вне поля. Парень не знал бы, как отказать великолепной блондинке и позднему свиданию, даже если бы у него был контракт с NFL и бонус за подписание контракта в пять миллионов долларов.