— Я все время ее предупреждала, — холодным тоном проговорила Джейн Парнелл, — но это не помогло. Вы знаете, кто это сделал?
— Пока не знаем, — ответил Террелл, — но надеемся, что вы сможете нам помочь. Фактически, это мог быть любой… Такая жизнь, которую вела ваша сестра, должна была закончиться насильственной смертью…
Джейн гневно махнула рукой.
— Что посеешь, то и пожнешь. Она не захотела послушать меня. Вот ее и убили.
— Вы можете нам рассказать о ней? — спросил Террелл.
— Вы уже, наверное, и сами догадались. Она была уличной девкой, и к этому нечего добавить.
— В ее вещах мы нашли записную книжку, — сказал Террелл. — Там имеются две сотни имен. Вероятно, это все ее клиенты?
Джейн покачала головой, потом пожала плечами.
— Откуда мне знать! Я только знаю, что она получала много денег и все тратила. Мы с ней не часто виделись.
— Не исключена возможность, что убита не ваша сестра. Мы попросили бы поехать и опознать ее.
У Джейн вытянулось лицо.
— Ужасно не люблю смотреть на покойников… Ну, хорошо, я поеду с вами.
По пути к моргу Террелл спросил:
— У вашей сестры был постоянный друг?
Он посмотрел на Джейн и заметил, что она помедлила с ответом:
— Если вы имеете в виду сутенера, то у нее такого не было. На протяжении нескольких лет у нее был один любовник. Она сходила по нему с ума, пока тот не бросил ее. Я предупреждала ее, но она даже не пожелала слушать меня. Она никогда не прислушивалась к моим советам. Мне было совершенно ясно, что в один прекрасный день он ее бросит.
— А кто это был?
— Ли Харди, вроде как букмекер.
Террелл и Бейглер обменялись взглядами.
— Давно он ее бросил?
— Месяца три назад. Он завел себе другую, и Сью совсем помешалась, когда он ее покинул. Три недели пьянствовала…
— Могли ли у него быть причины убить ее?
— Если бы она стала к нему приставать… Это такой тип, который на все способен — на все плохое.
Террелл призадумался. Он все еще был погружен в свои мысли, когда машина остановилась у морга.
Через несколько минут они стояли перед трупом, покрытым простыней. Бейглер держался позади.
Террелл осторожно снял простыню с лица Сью Парнелл и вопросительно посмотрел на Джейн. Ее глаза потускнели.
— Да, это моя сестра, — хриплым голосом проговорила она.
И не успел Террелл помешать ей, как она сорвала простыню с голого израненного тела. Словно окаменев, она стояла над трупом, пока Бейглер не поспешил на помощь шефу и снова не прикрыл тело.
— Вот оно что… — наконец вымолвила Джейн. — Я чувствовала, что она от меня что-то скрывает. — Затем она повернулась к Терреллу с таким гневом в глазах, что он ужаснулся. — Послушайте! Вы должны найти этого выродка! Если вы этого не сделаете, я сама займусь этим. Я этого так не оставлю. Подумать только, что этот мерзавец натворил с моей сестрой! Конечно, и она далеко не праведница, но нельзя же так безнаказанно поступать с женщиной, какой бы она ни была!..
Джейн повернулась и неверными шагами пошла к выходу.
— Отвези ее домой, — сказал Террелл Бейглеру. — Мы поговорим с ней позже.
Бейглер поспешил вслед за Джейн, но увидел только, как она остановила проезжающее мимо такси и села в него. Когда машина тронулась, он еще раз увидел ее худое лицо со сверкающими глазами. Почувствовав облегчение, он вернулся к Терреллу.
— Она уже уехала на такси, — доложил он.
— Тогда надо узнать, нет ли у Хесса чего-нибудь для нас. А потом поговорим с Харди.
Полицейские сели в служебную машину.
Валери с отцом вернулась в отель. Она заметила, что настроение отца изменилось, пока она была у Криса, и заранее приготовилась к неприятному разговору. Войдя в комнату, Трэверс сказал несколько изменившимся голосом:
— Вал, самое лучшее, что ты сейчас можешь сделать, это упаковать чемоданы и уехать. Мне нужно успеть на пятичасовой самолет, и если ты немного поторопишься, то мы успеем улететь вместе.
— Я останусь здесь, отец. Что мне делать в Нью-Йорке, если Крис здесь?
Трэверс сделал нетерпеливый жест.
— Я говорил с доктором Густавом. По его мнению, есть шанс, что когда-нибудь Крис поправится, но имей в виду, это очень важно: произошедшая с ним перемена и потеря памяти требует, чтобы он находился под постоянным надзором. О том, чтобы ему жить в отеле, не может быть и речи.
— Тем более, мне необходимо остаться здесь и ежедневно посещать его, — решительно заявила Валери.
— Я полагаю, доктор Густав может не разрешить тебе ежедневные посещения.
— Но почему?
— Вижу, что мне не остается ничего другого, как рассказать тебе все. Не исключена возможность, что Крис способен на насилие…
Валери поднялась и подошла к окну. Она стояла молча продолжительное время, потом, наконец, заговорила:
— Доктор Густав действительно сказал, что он способен на насилие? — Она обернулась, и Трэверс заметил решимость в ее взгляде.
— Да. И если ты хочешь посещать Криса, тебя одну с ним не оставят.
— Ничего не понимаю! Ведь я все время была с ним одна. Разве теперь выяснилось что-то новое?
