— План был, чтобы ты отдохнула и выспалась, — хрипло выдохнул Марс, когда я оторвалась от его губ, только чтобы глотнуть воздуха и скользнуть по торсу так, чтобы найти рукой мокрый, выпирающий из-под воды член.
— Хочу сначала очень сильно устать, — прошептала я хитро и сжала его возбуждение в своей ладони так, что Марс судорожно и громко выдохнул, запрокидывая голову.
— Устать — это не проблема, главное, чтобы ты потом могла ходить! — рыкнул он в ответ, но хохотнуть я не успела, потому что поняла, что разбудила тот огонь, который Марс так упрямо и умело сдерживал в себе в прошлый раз.
Не зря ведь я читала где-то, что Марс — это красная планета.
А как известно, красный — цвет огня, любви и страсти.
Я и пикнуть не успела, как оказалась в его руках.
Но не было ни страха, ни попыток отстраниться.
Внизу живота запульсировало от жара и мелких кусающих спазмов возбуждения.
Я сама подалась назад, насаживаясь на его возбуждение, и затаила дыхание, когда Марс резко подался бедрами вперед, входя в меня сразу и до предела, от которого мышцы свело сладостной судорогой.
Он издал хриплый удовлетворенный стон, а я замерла, наслаждаясь этим ощущением, и смотрела в его лицо, где отражалось так много эмоций: его огромное желание, его страсть и вместе с тем огромная забота обо мне.
Даже в этот момент Марс контролировал себя, не срываясь в бездну, когда обхватил мои ягодицы ладонями и стал приподнимать и опускать на себя, создавая трение наших тел, от которого искрило внутри и перед глазами плыли звезды и галактики.
Вода между нами хлюпала и разливалась за бортики ванны.
Но не было сил остановиться и прекратить это движение тел, в котором сейчас было заключено так много.
Весь мир был позабыт и отброшен назад в желании достичь того самого пика наслаждения, где внутри взорвутся тысячи и миллионы звезд, оставляя в теле сладостную истому.
— Мы так соседей затопим, — простонала я, упираясь ладонями в напряженный торс Марса, потому что боялась, что после нашего бурного совместного купания у него могут возникнуть проблемы.
Он не сразу очнулся и сконцентрировал взгляд на мне, пытаясь осознать, что я сейчас сказала.
Я так и не поняла, получилось ли это у него, когда Марс неожиданно зашевелился, подхватывая меня так, что теперь я сидела на его торсе, обхватывая ногами мокрый торс, пока его член оставался во мне.
Ловко и быстро Марс вылез из ванны со мной на руках и буквально за пару шагов оказался в спальне, продолжив с того момента, на котором мы остановились.
Не обращая внимания на то, что мы оба были мокрые и теперь постель под нами моментально пропиталась влагой и стала прилипать к разгоряченной коже, Марс продолжал двигаться, нависая сверху и вдавливая в непривычно мягкий упругий матрас.
А я старалась не отставать от его ритма и приподнимать свои бедра в такт, держась за его влажные широченные плечи, но силенок не хватало.
Меня просто расплющивало от его силы и жажды!
В прошлый раз я пыталась убедить его не сдерживаться, и вот, кажется, я добилась своего, и теперь стала понимать в глубине разума, застланного пеленой страсти, что Марс не зря повторил дважды простую истину: вряд ли я смогу ходить.
В том, как он вбивался в меня сейчас и держал в своих руках с силой и отчаянной нужной, было что-то совершенно дикое.
Я бы даже сказала — почти звериное.
В какой-то момент боль кольнула внутри настолько ярко и неожиданно, что я не ожидала.
Но я не успела сжаться, или ахнуть, или каким-то другим образом показать, что происходит что-то не то, как Марс неожиданно застыл.
Просто замер, как скульптура, на одном движении.
Только задрожал мелкой дрожью, дыша при этом глухо и хрипло.
— …Марсик?
— Ш-ш-ш.Он уткнулся лицом в мою шею.
Как раз туда, где пульсировала тонкая венка.
А я замерла, потому что понимала: происходит что-то странное и важное для моего Марса.
Он словно боролся сам с собой, и пока я не понимала, почему это происходит.
Чувствовала только, что ему по-настоящему тяжело сейчас. Жаль, я не понимала, как могу помочь в этой ситуации.
Сначала хотела погладить его по напряженной спине, но не сделала и пары осторожных движений, как Марс покачал головой, хрипло выдохнув:
— …Не надо.
Страшно не было.
И боль постепенно прошла и больше не беспокоила, когда я подумала, что достоинство Марсика очень внушительное, а мое тело не резиновое. Просто я еще не успела привыкнуть к нему.
Но главное было совсем другое: я ему доверяла.
Абсолютно и бесповоротно.
И знала, что он не причинит мне вреда сам и никому не позволит сделать это.
А потому я расслабилась и прислушивалась к тому, как постепенно дыхание Марса стало ровнее, а дрожь прошла, и он приподнялся, чтобы прижаться к моим губам в сладком поцелуе, на который я тут же ответила, радостно обвив его руками за шею.
— Все в порядке, конфетка?
— Очень даже! — без раздумий отозвалась я, заглядывая в его красивое напряженное лицо и осторожно вытирая ладонями холодный пот с его лба и щек. — А ты?
Марс попытался улыбнуться.
— Главное, чтобы с тобой всё было в порядке, Лилу.
