Энджи снова стало плохо. Ей казалось, ее тело превратилось в ледяную глыбу.
— У тебя есть ее адрес?
— Конечно. Подожди секундочку…
Энджи ждала затаив дыхание.
— Вот он. Звучит очень элегантно. Паласио-де-Риберо. Это…
Энджи бросила трубку и отшвырнула от себя телефон, как будто он превратился в змею. Паласио-де-Риберо. Это был городской адрес Роке. Его дом находился в пятнадцати минутах от его офиса и… и…
Надя жила в лиссабонской квартире Роке.
Вот она, правда.
Неудивительно, что все эти дни он отказывался везти ее в Лиссабон. Он боялся, что она может неожиданно встретиться с его любовницей, прежде чем он выработает новый план, теперь уже насчет того, чтобы убедить ее смириться и стать частью его шведской семьи.
А что же ребенок?
Или это его ребенок?
Энджи кинулась в ванную. На этот раз все внутри болело, потому что она пыталась вызвать рвоту, когда желудок был совсем пустым. Вернувшись в спальню, она снова рухнула на кровать и закрыла глаза.
И только когда она прижала руку к животу, ее пронзила ужасная мысль.
Она посмотрела вниз на свою руку. А что, если Роке был прав?
Нет. Пожалуйста, только не это. Энджи снова поднялась и взяла в руки телефон. Дрожащими пальцами она нашла в меню свой личный календарь. Минуту спустя она снова опустилась на кровать. Ее тело беззвучно сотрясалось от рыданий.
Роке проехал половину пути, когда он понял, что случилось на самом деле.
— Проклятие! — выругался он.
Энджи слышала его телефонный разговор с Надей.
Ругаясь на всех языках, которые он знал, Роке круто развернулся и помчался обратно. Водители сигналили в знак протеста и осыпали его проклятиями, но ему было не до этого.
Мария сказала, что Энджи стало плохо на террасе. Его жена, его ленивая до безобразия по утрам жена, поднялась раньше обычного и вышла на балкон, когда он разговаривал с Надей.
Роке сжал челюсти. Он пытался вспомнить, о чем они говорили. Но слова вылетели у него из головы. Должно быть, он назвал Надю по имени, и Энджи услышала это. Вот почему ей стало так плохо.
Роке крепче сжал руль и еще сильнее вдавил педаль газа.
Войдя в хозяйские апартаменты, Мария остановилась, потрясенно глядя на выходившую из гардеробной Энджи.
— Сеньора, вы куда-то собрались? — В ее реакции не было ничего удивительного, потому что, когда она видела Энджи в последний раз, та была чуть ли не с головой в унитазе.
А теперь Энджи стояла, одетая в умопомрачительное элегантное платье из белого льна, с зеленой оторочкой, квадратным вырезом и длиной до середины бедра. На поясе платье было перехвачено блестящим зеленым ремнем. На ноги Энджи обула зеленые босоножки в тон ремню, которые делали ее выше еще сантиметров на десять.
— Да. В Синтру, — подтвердила Энджи. — Пожалуйста, не могли бы вы попросить Антонио подогнать внедорожник ко входу?
— Да. Сейчас же пойду поищу его, — кивнула Мария. — Вы… хотите, чтобы он отвез вас?
Энджи покачала головой:
— Нет, я поеду одна.
Она поедет в Синтру, найдет аптеку и купит тест на беременность. А весь этот наряд суперстильной модели всего лишь для того, чтобы не позволить себе рассыпаться на мелкие кусочки, чтобы хоть как-то держать себя в руках.
Мария испуганно посмотрела на нее, ей совсем не понравился такой поворот событий.
— Если хотите, я могу съездить в Синтру и привезти все, что вам необходимо. Это не доставит мне никаких хлопот. К тому же скоро из Лиссабона вернется сеньор Роке…
Лиссабон? Энджи удивленно подняла брови:
— Мария, он улетел в Париж.
— Нет-нет, он уехал в Лиссабон, — заверила ее Мария. — Сказал, что у него там какое-то важное дело. И как только он его уладит, сразу же вернется домой, потому что… потому что вы чувствуете себя не очень хорошо.
Значит, поездка в Париж была еще одним обманом…
— Мария, скажите Антонио насчет машины, — еще раз попросила Энджи.
— Да, сеньора. — Слишком хорошо вышколенная, чтобы возражать, Мария вздохнула и вышла из комнаты.
Через несколько минут Энджи садилась в машину. Она не помнила, как включила зажигание и как выехала со двора. Она полностью сосредоточилась на том, чтобы попасть в Синтру. В машине, которую она никогда не водила до этого, на дорогах, которые были такими же незнакомыми и чужими, как и ее муж, которому она доверилась всем сердцем.
Роке подъехал к дому. Он притормозил и посмотрел на террасу, которая находилась прямо над бассейном. Он проиграл в своем уме всю сцену, как Энджи вышла на балкон, как он поднял трубку, когда ему позвонила Надя, и ему стало дурно.
Но когда он увидел, что из гаража куда-то подевался его внедорожник, ему стало еще хуже. Выскочив из машины, он побежал к дому и громко позвал Зетту, которая тут же прибежала на его зов.
— Где внедорожник? — взволнованно спросил он.
— Сеньор Роке, его взяла сеньора. Мария сказала, что она поехала в Синтру.
В Синтру? Роке облегченно вздохнул. А он уже было подумал, что она опять сбежала от него и сейчас направляется в аэропорт, чтобы навсегда исчезнуть из его жизни.
— А зачем она туда поехала?
