— Конечно! Я же во благо! Если бы не я, ты бы еще дрыхла и опоздала на работу.
— А-а-а-а! Сколько можно тебе говорить! Я никуда не пойду!
— Но почему?
— Потому что я не могу появиться на работе после всего, что вчера произошло, как ты не понимаешь!
— Прекрасно понимаю! Только то, что ты не придешь привлечет гораздо больше внимания, нежели если бы ты появилась на рабочем месте как ни в чем ни бывало и делала вид, что вчерашние события тебя ни коим образом не касаются.
Вообще-то Лиля была права. Именно так должна была бы поступить взрослая продуманная Настя. Да вот только у меня было ощущение, что за всего один единственный день, я как будто помолодела лет на десять, что в моем возрасте совсем не плюс, а скорее большой и жирный минус, так как в четырнадцать лет я была трудным подростком, неуверенным в себе и постоянно попадающим в передряги. Так что все доводы разума мне сейчас были до одного места, я просто не могла появиться в офисе и смотреть в глаза Николя, да и коллегам, которые, небось уже вовсю обсуждали мои вчерашние похождения.
Поэтому мое решение было твердым как бетонная стена.
— Нет. Я не пойду. Сегодня сошлюсь совсем больной, а вечером ты принесешь мне рабочий ноутбук и я буду работать из дома вплоть до пятничного собрания с Жан Люком.
Видимо мой тон не допускал возражений или Лиля просто устала настаивать, но она лишь грустно вздохнула, опустила руки и капитулировала.
— Ладно…Ты мне должна. Мало того, что придется куковать одной в кабинете, так еще и врать, тебя выгораживая. Так что имей в виду, я с тебя спрошу в тройном размере.
— И что же ты хочешь?
— Я еще пока не знаю, но как минимум к моему приходу ты должна приготовить те твои знаменитые низкокалорийные блинчики! Я уже сто лет не ела сладкого, а мне нужна будет моральная компенсация.
— Договорились, — чмокнув подругу в щеку, я пошла чистить зубы, из-за шума воды даже не услышав, как хлопнула входная дверь, оставляя меня одну на целый день.
Сидеть без дела было невыносимо, так как стоило мне зависнуть где-нибудь на диване или на кухне за чашкой кофе, в памяти тут же всплывали яркие картинки вчерашнего дня.
Один раз, когда я была на кухне, я даже решила, что если я резко поменяю обстановку, то воспоминания испаряться из моей головы. В чем-то я конечно была права, так как пытаясь поскорее сбежать из кухни, где на столе стоял вкусно запахивая свежий кофе, я со всей дури налетела на стул, ударившись больной коленкой.
Кровь не пошла, и воспоминания о кофе моментальный вылетели из головы, зато за парой неприличных слов, которые моментально их заменили, пришла визуализация инцидента с журналами.
Трусы с единорогом я закинула за шкаф, в надежде, что когда их снова отыщу, мне будет уже не так стыдно и я смогу их снова носить, как никак они были моими любимыми, и выбрасывать их было жалко.
Кстати о шкафе. Одно занятие мне все же помогло. Врубив на полную зажигательный плейлист, я разобрала не только свои вещи, но и отдраила всю квартиру чуть ли не до блеска. Не даром говорят, что физический труд с корнем вырывает из тебя тревожность! Мне помогло.
Плюс, тому, чтобы заглушить мысли, поспособствовала Лилина стерео система. Она у нее была какая-то самая крутая и басы били так, что вибрировал не только пол, но и мои внутренности.
Вообще квартира у Лили была просто отпад. Ее родители владели самой большой сетью ресторанов в нашем городе, так что когда любимое чадо решило переехать в Златоглавую, на содержание не поскупились.
Купили ей квартиру в шикарном комплексе, недалеко от центра и высылали месячное пособие, чтобы хватило на оплату коммуналки и даже уборщицу раз в месяц.
На все остальное Лиля заработала в издательстве, но что-то мне подсказывало, что окажись она без работы, родители точно бы не оставили ее в беде.
Подруга жила в комфорте пару лет, но никого себе в дом так и не привела, так как свято верила в то, что мужчина должен обладать собственной жилплощадью и приводить самца на свою территорию категорически отказывалась. Да и не было на горизонте подходящего.
Но, как оказалось, самостоятельной быть не только интересно, но еще и скучно. Когда ты приходишь усталая после работы и дома тишина и пустота, становиться не по себе. Поэтому-то она и вцепилась в меня как в манну небесную, когда выяснилось, что мне негде жить и нужно срочно искать хотя бы комнату (а судя по моим сбережениям, я даже комнату себе позволить не могла). Поэтому Лиля благородно (а на самом деле с потайной радостью) позволила мне пожить у нее.
За проживание я платила приятной компанией и готовкой. Лиля была безумно ленивой в этом плане, так как привыкла постоянно питаться в родительских ресторанах, а вкусно и правильно поесть очень даже любила, поэтому я была ответственна за этот вопрос.
Лилины родители отнеслись ко мне очень положительно, почему-то посчитав, что я оказываю на их дочь положительное влияние. Что было мне только на руку, и переубеждать их я не стало, тем более я надеялось, что именно так и обстояли дела на самом деле.
