— Знаешь, я всегда мечтала о таком друге как ты, и вот моя мечта сбылась, и я очень дорожу этим. Думаю, Жан Люку очень с тобой повезло. Спасибо еще раз.
Николя ничего не ответил. Он, замерев, стоял в дверном проеме, не издавая ни малейшего звука. Вздрогнув, ощутив мощную волну напряжения, исходящую от него, я уж было решила его окликнуть, но он выдал скупое:
— Я рад, — и ушел, прикрыв за собой дверь.
Я еще немного полежала, нежась под теплым одеялком, а потом, гонимая чувством вины решила хоть что-то поделать: идеально заправила постель, даже не смотря на то, что через пару часов уже снова ложиться, причесалась, убрав волосы в тугой хвост и отправилась на поиски как-то странно притихшей Лили.
Подруга нашлась на кухне перед холодильником, вернее даже на половину в нем. Услышав мое приближение, она выдала, даже не повернув головы:
— Умираю с голоду! Из-за тебя и твоих дурацких интриг я после работы съела только один блин. А сейчас они вообще несъедобные. Ты хоть раз пробовала есть их холодными?! Это такая отвратительно редкостная гадость, что даже соседскому коту не скормить.
Бедный кот, подумала я и продолжила молча ждать, до чего же она договориться. Вообще, это обычная для Лили картина: становиться просто невыносимой с… стервой, если с утра не дали кофе, а вечером поесть.
— Что?! — продолжала копаться в холодильнике подруга. — У нас кроме огурцов, молока и ряженки больше ничего нет? А где те батончики в шоколаде, что мы покупали в воскресенье?
— Я их спрятала, а то ты ночью все схомячишь и потом опять заставишь меня идти с тобой в спортзал все отрабатывать, а у меня, между прочим, до сих пор пресс болит после того, как мы отрабатывали твою пятничную пиццу. — хмыкнула я. — Ну, хорошо. Осталось немного теста для моих ужасных низкокалорийных блинов, хочешь?
Из-за белой дверки показалась пара заинтересованных глаз.
— Ммммм, слушай, они противненькие только когда холодные. Горячие очень даже ничего.
Промолчав и лишь понимающе улыбнувшись, я подошла к холодильнику и бедром отпихнула подругу. На нижней полке в стеклянной банке стояло тесто, по виду очень напоминающее ряженку. Надо будет делать наклейки с надписями, а то чуяло мое сердце, в следующий раз Лиля вполне могла выпить его под видом кисломолочки, и потом бы я точно отгребла по полной.
После ужина мы засели за просмотр романтического фильма, конечно же с хорошим концом. Мы, барышни мечтательные, плохие концы категорически не принимали, нам их в реальной жизни хватало, особенно мне, настолько, что я даже думать про отношения сейчас не могла.
— Кстати! — подала голос подруга, когда на месте страстно целующейся пары появились финальные титры. — Гоша позвал меня в пятницу на свидание, снова культурное, чтоб его. Говорит, его друг открывает новую галерею в центре, вроде как там будет выставка фотографии. Тебя тоже позвал. Пойдешь?
— А я не помешаю?
— Нет, что ты. Но предупреждаю сразу, я тебя развлекать там не буду, ты взрослая девочка, сама справишься. А у меня на пятницу великие планы. Всегда мечтала заняться этим в подсобке галереи.
— Лиля!
— А что Лиля? Знаешь как меня достало с ним просто гулять и разговаривать о высоком? Мое молодое тело требует ласк, а не болтовни. И я знаю пару отпадных альтернатив разговорам, где Гоша очень даже неплохо может применить свой весьма подвешенный язык.
— Ааааааа! — закрыв уши, я вскочила с дивана и пошла на кухню. Налив себе воды, я чуть не подавилась, так как подруга неслышно последовала за мной в намерении продолжить разговор.
— Ну а что, Насть? Думаешь он еще того, ни разу? Не могу понять, почему он такой нерешительный.
— Ну есть у меня несколько вариантов, но лучше тебе самой у него спросить, если так уж и беспокоит, — поставив стакан в посудомойку, я попыталась обойти подругу, но не тут-то было.
— Какие? Какие еще варианты могут быть?
— Ну, — отвела я глаза. — Он может быть реально в тебя влюблен и хочет показать, что ему нужна ты, а не твое тело.
— Допустим, — недоверчиво согласилась она.
— А может, как ты говоришь, у него совсем нет опыта. — наконец обойдя ее, я пошла по направлению в ванную.
— Блин, ну это вряд ли, — задумчиво рассуждала она, идя за мной по пятам. — В тот единственный раз, что он меня поцеловал, мне понравилось так, что как в том анекдоте, трусы бы прилипли к потолку. А третий?
— А третий. А третий состоит в том, что ему там, — я выразительно повела бровями, — вообще нечем похвастаться. Вот он и пытается тебя в себя влюбить, а еще лучше женить на себе до того, как ты это выяснишь.
— Что-о-о? — она уже было открыла рот, чтобы выразить свое возмущение, но я захлопнула дверь ванны перед ее носом и принялась чистить зубы.
Ох уж эта Лиля, думала я, улыбаясь про себя и старательно водя щеткой вправо — влево. Умывшись, я вышла в коридор и тут же подпрыгнула от испуга, так как подруга стояла прямо под дверью.
