Токмо вышли мы из хатки, да на тропинку свернули, как к нам опричники привязались: «Оброк давайте, али бересту покажите с печатями, не то поедем в наши хоромы, милые». Сестра обмякла вся, дурною сделалась, плачет. Я мешочек раскрыла, да и отдала все целковые окаянным. Пошли мы дальше по тропинке, прямиком в пущу.
Тихо вокруг, слышно токмо как птицы щебечут, да ветер завывает над головой. Вышли на поляну огромную, глядь: старушка с лукошком сидит, платком прикрывается. Нельзя ей тут быть, ой накажут опричники, коль увидят старую. Сестра кинулась к бабке, упала пред ней на колени: «Покажь, да покажь, что в лукошке». А сама ручонками тряпицу поднимает, да заглядывает внутрь. Осоловела совсем как грибы увидела. По карманам шарит, кое-как наскребла мелочи, вывалила перед старушкой. Та и рада-радехонька, прибрала все, да бежать.
Сестра лукошко схватила, да в избу обратно дернула. Я уж еле поспевала за ней. Упыхались, живыми бы хоть до хаты добраться!
Забежали в горницу, плачем, анчутка нас попутал, не иначе. Грибы намыли, тесто раскатали, в духовку поставили, испекли, чаю нагрели, за стол сели, людьми сделались.
– Господи, вкуснее этой пиццы ничего в жизни не ела! - сказала сестра и заговорщицки подмигнула мне.
Шел седьмой день карантина.
- Ну сидит она в своем Инстаграме, ну фоточки красивые выкладывает. Тебе то что, Маш?
– Да бесит, понимаешь? Я его можно сказать вырастила! С 16 лет воспитывала, от мамкиной груди отлучила, а она на все готовое пришла и фоточки теперь выкладывает. Бали, Мальдивы, Тай… Ноги эти свои длинные, а сисек и нет совсем. Тьфу, не могу прям, бесит все.
Машка подняла над головой бокал так, словно в нем находился массандровский херес, а не дешевое винишко по акции, чокнулась с невидимым собеседником, затем выпила содержимое залпом.
– Завтра, - Машка икнула, - завтра я им покажу фоточки.
В следующие мгновения, Мария Викторовна Орлова мысленно перенеслась в сказочное Бали, а физически - легла на кровать и проспала ровно 12 часов. Подруга Наташа укрыла ее одеялком с желтыми одуванчиками, выключила ночник и уснула рядом, на сереньком диванчике Никитоса, который, в свою очередь, смотрел сны в доме у бабушки Раисы.
В полдень следующего дня, подруги вышли из подъезда, волоча за собой пластиковые розовые чемоданы. Маленькие разбитые колеса стучали по асфальту, напоминая девушкам о скудном бюджете этого отпуска.
Через пять часов езды на автобусе, путешественницы прибыли к цели.
Евпатория, конечно, не Бали, но вполне подходила для создания таких же ярких фотографий, как в профиле у новой возлюбленной бывшего Машкиного ухажера. План созрел сразу, как только Машка наткнулась в интернете на горящую трехдневную путевку от туристической компании «Счастье рядом». «Действительно», - подумала она тогда и тут же приобрела два билета.
Машкино воображение разбудило в ней ее альтер-эго: Марию Викторовну, жадную до впечатлений женщину, желающую за эти три дня заполнить свой контент-план по публикациям в профиле на три года вперед. Красивая Маша на фоне кипарисов, должна была расстроить бывшего, который по плану должен был пожалеть о содеянном и осознать допущенную ошибку.
Подруга Наташа была приставлена к делу в качестве фотографа, визажиста и костюмера. Утром следующего дня подруги отправились на фотосессию к побережью.
– Видела у нее купальник розовый? Я такой же купила. Только черный. И чашки на размер больше взяла. Чтобы видел, так сказать, разницу.
– Ага, с твоим третьим размером эту разницу только слепой не заметит. Вон смотри, кстати, классный вид на той «тарелочке» будет. Пойдем? - Наташа кивнула в сторону пришвартованной к берегу и чуть покосившейся огромной камеры.
– Пошли!
Мария Викторовна сбросила с себя парео, отправив его в кусты кипариса, и решительно направилась к водителю катера, на ходу поправляя третий размер в чашках купальника.
