— Да как-то не горю желанием оказаться на пути у разъярённого дикого зверя, сгорающего от ревности — хмыкает Сидоров, будто это и так само собой разумеется.
Так вот чего он трясётся, прям запутал меня своим поведением.
— А нет повода для ревности — говорю равнодушно — этот мужик — двоюродный брат Яны. Вот так.
Сидоров ругается себе под нос и задумчиво репу чешет.
— Так а чё она уехала тогда? — Ник ставит меня в тупик. Я сразу и не придал значения его словам, для меня главное было, что Олег теперь никакой опасности не представляет. В голове в раз всплывает наш разговор с Сафоновой: она что-то болтала про скорое отчисление Яны. И как у меня могла такая важная информация из головы вылететь? Что-то я совсем уже с катушек полетел, раз такие детали упускаю. А что, если Яна приезжала забрать документы из колледжа? И я даже ничем не помог, пока тут сопли на кулак наматывал, оплакивая свои неудачные подкаты. Вместо этого надо было разузнать всё как следует и подключить связи, чтобы девочку мою никто не вздумал отчислять. Отец точно смог бы договориться, ведь его охранное предприятие как раз сотрудничает с колледжем.
Недолго думая, бросаю опешившего друга и несусь к выходу. Завожу спорткар и мчусь к отцу на фирму. До обеденного перерыва ещё час, значит я могу застать его на месте.
Стас.
На мою удачу, серьёзных пробок по пути не было, поэтому за тридцать минут домчал до офиса. Припарковал машину на стоянке, отведённой для сотрудников фирмы, и поспешил войти внутрь.
На ресепшене меня встречает Алиса — длинноногая блондинка в облегающем чёрном платье. Выглядит безукоризненно — будто на фотосессию собралась. Замечает меня и моментально растягивает пухлые губы в широкой улыбке. И как мать терпит таких сотрудников у отца на работе? Другая бы уже весь мозг съела мужу кофейной ложечкой, но нет. Она никогда ничего не говорит — святая женщина. Мама, конечно, тоже всегда отменно выглядит для своего возраста, но при желании всё равно могла бы приревновать. С другой стороны, никогда не слышал, чтобы у неё был повод усомниться в верности Гронского старшего. Такие фифы у него обычно только на ресепшене, как он говорит, для поддержания имиджа фирмы. А секретарша, насколько я знаю, немолодая женщина, но зато с мозгами.
Киваю девушке в знак приветствия и без приглашения вваливаюсь в кабинет отца. Тот сидит в своём кресле и внимательно изучает что-то на экране компьютера. Выглядит он, как всегда, безупречно: синий костюм без единого намёка на складки из-под которого выглядывает белоснежная рубашка. Только немного тронутые сединой волосы выдают его истинный возраст, а так и не скажешь, что отцу сорок пять.
— Андрей Алексеевич, к вам… — забегает Алиса, пытаясь сообщить о моём приходе. Поздно, красавица, надо туфли надевать удобнее, чтобы передвигаться было комфортно и на скорости не отражалось.
Отец делает взмах рукой, и девушка исчезает в дверном проёме.
— Ну здравствуй, сын — выдыхает родитель — чем обязан?
Он буравит меня взглядом: ему сложно понять, с чего вдруг непутёвый отпрыск, который наотрез отказывался проявлять интерес к семейному бизнесу, сам, без принуждения приехал в офис.
— Здравствуй — да, я сегодня весь такой вежливый.
— В колледже был? — интересуется папа. А то спросить больше не о чем.
Головой киваю утвердительно, не хочу напрягать голосовые связки.
Терпеливо жду, пока отец поговорит по телефону. За пять минут, что я здесь провел, ему дважды позвонили.
Когда внимание вновь переключают на меня, я собираюсь с мыслями и озвучиваю свою проблему.
— Моей девушке нужна помощь — говорю без лишних предисловий — её, кажется, хотят отчислить из колледжа.
Отец задумчиво трёт подбородок, а взгляд его устремлён куда-то в сторону. Он меня вообще слушает?
— Сын, какая девушка? И что значит, кажется? — значит, слушает. И вопросы задаёт, что называется, не в бровь, а в глаз. Зрит в корень.
— Её зовут Яна, мы начали недавно встречаться, потом поругались…
— Подожди, подожди… — отец заметно меняется в лице, транслируя неподдельный интерес — ты пришёл просить за девушку, с которой поссорился?
Господин Гронский начинает не спеша, но довольно звонко хлопать в ладоши. Какого… он мне аплодирует?
— Растешь, сын, молодец — хвалит родитель, но мне как-то не по себе становится. Я по делу, вообще-то, пришёл, если кто не заметил.
— Знаешь, Стас, — отец поднимается из своего кресла — а давай-ка пообедаем вместе.
Он открывает шкаф, снимает с вешалки пальто и надевает его на себя. Потом бросает беглый взгляд на меня и кривится.
— А что за вид? — кивает на мои ноги, обтянутые потёртыми джинсами.
— Ну я же не великий босс. К чему мне вся эта помпезность?
