Найдя нужную ей комнату, девушка не стала стучаться, поскольку дверь была приоткрыта и из глубины доносились приглушенные голоса и плеск воды. Озадаченно сдвинув брови и прислушиваясь, Сабрина вошла в номер.
Сцена, представшая перед ее глазами, в одно мгновение разбила в пух и прах все ее мечты и надежды. Соблазнительная молодая мексиканка склонилась над сидящим в ванне Риджем. Женщина поглаживала его крепкую грудь, а с того места, где стояла Сабрина, казалось, что Ридж прижимает руки испанки к своей груди.
Сабрине показалось, что в сердце ее вонзили нож. Задыхаясь, она сделала шаг назад и вышла в коридор. Не в ее правилах было отступать в сложных ситуациях, однако в подобное положение она попала впервые в жизни. Обстоятельства помешали ей войти в комнату и выплеснуть в лицо неверному супругу всю ярость, но она не желала доставлять ему такое удовольствие. В бешенстве, преследуемая мучительным видением, через холл гостиницы Сабрина бросилась прочь.
Она не сомневалась, что нечто подобное рано или поздно должно было случиться. Разве она не готовила себя к тому, что Ридж предаст ее? Разумеется, готовила. С каждым новым рассветом она говорила себе, что выживет, когда Ридж уйдет из ее жизни, даже если сердце ее разлетится на мелкие кусочки. Так почему же она теперь стоит и дрожит всем телом, готовая расплакаться?
Ридж ведь так ни разу и не сказал, что любит ее. Он всегда говорил, что хочет ее. Она прекрасно знала, что он за человек, знала, что всегда будет таким. Почему же теперь она убита увиденным? Почему же так болит сердце?
«Ты вела себя как дура», – отругала себя Сабрина, направляясь к выходу. На улице, ослепленная горем, девушка налетела на коренастого плотного мексиканца, который быстрым шагом направлялся в гостиницу. Она слышала обрывок разговора между мексиканцем и другим мужчиной, который стоял, прислонившись к стене, но была слишком расстроена, чтобы вслушиваться в их разговор. Сабрина пробормотала извинения, невидящим взором скользнула по плотной фигуре мексиканца, даже не взглянув на второго незнакомца. Изо всех сил стараясь держать себя в руках, она быстро подошла к лошадям, привязанным у входа в гостиницу.
«Ты просто устраивала Риджа на время путешествия, только и всего, а все остальное – твое воображение, – твердила себе Сабрина, страдая от невыносимой боли. – Какой же я была идиоткой! Растаяла от его нежностей, поверила словам, которые тысячи раз выслушивала от других мужчин». Она относилась к мужской лести с определенной долей настороженности… до тех пор, пока не услышала ее из лживых уст Риджа. Господи, ну почему она решила, что Ридж не такой, как все? Она знала, что заблуждается, но все же позволила сердцу увлечься.
Непрерывно всхлипывая от рыданий, Сабрина взобралась в седло. Ничего не видя вокруг сквозь застилавшие глаза слезы, она схватила поводья и, ведя за собой двух вьючных мулов, через площадь направилась к дороге, ведущей к перевалу Глориетта. Она не оглядывалась назад, не позволяла себе думать о случившемся, однако мучительные воспоминания не давали покоя.
Она только-только начала доверять Риджу, даже едва не открылась ему – а он предал, растоптал ее чувства и теперь лишил себя права знать о ней что-либо.
Сабрина прерывисто вздохнула и постаралась взять себя в руки. К сожалению, она вынуждена была напомнить себе, что они с Риджем неизбежно встретятся. В поисках правды о гибели отца она все равно обратится к нему. Сабрина поклялась всеми святыми, что останется холодной и бесчувственной, когда в следующий раз будет смотреть в синие смеющиеся глаза Риджа. Больше Теннеру не удастся околдовать ее своими чарами, особенно после того, как она узнала, что он ничем не отличается от других представителей своего пола. Мужчины! Пошли они все к черту! Никому из них нельзя верить. Все они бессердечные твари, которыми движет исключительно ненасытная животная страсть.
А цель в жизни у нее и так есть – театр. Этого вполне достаточно. Во всяком случае, было достаточно, пока она не встретила Риджа. «Но все должно вернуться на круги своя», – поклялась Сабрина.
В следующий раз Ридж Теннер увидит ее только из зрительного зала. Она ему посмотрит прямо в глаза, забыв о том, что случилось с ними на безлюдных просторах Нью-Мексико. «Не было страстных ночей, – мысленно твердила девушка. – Это всё видения, мечты, которых наяву не было. Все кончено, и Боже упаси меня снова связаться с этим страшным человеком».
Все, что Сабрина чувствовала раньше к Риджу, в одночасье умерло, пока девушка ехала по холмистой ночной дороге в Санта-Фе. «А когда я преодолею оставшиеся восемьдесят миль, Ридж Теннер будет очень далеко от моего сердца», – горячо пообещала себе Сабрина. Она будет презирать этого мерзавца всю оставшуюся жизнь. А когда захлопнет дверь за своим прошлым, то очень надеется, что прищемит ему ногу.
