Сладкое зло полностью

Она остановилась и поглядела на меня. Я опять кивнула, прося ее продолжать, что бы там ни шло дальше.

— Анна, мне явился ангел и сказал, что в монастыре в Лос-Анджелесе меня ждет младенец.

Мурашки побежали у меня по позвоночнику. Патти подошла и села, положив руку мне на колено, как будто хотела меня удержать, чтобы я не убежала. И заговорила быстрее.

— На следующее утро я проснулась и рассказала все мужу, а он ответил, что я лишилась рассудка. В некотором смысле так оно и было. Я знала только одно — что должна во что бы то ни стало попасть к тебе. Я купила билет для себя одной — муж отказался со мной ехать, хотя я его очень просила. Когда я вернулась назад с тобой, то уже не застала его на месте. А спустя еще год он женился на другой. Но у меня была ты — только это и имело значение. Ты мне веришь?

— Конечно. — Но даже при этом мой мозг, как пулемет, выстреливал возражения против иррациональных идей. Я взяла руки Патти в свои, надеясь ее успокоить.

— Перед тем, как мне позволили тебя забрать, со мной побеседовала одна из монахинь, работавших в приюте. Ее звали сестра Рут, и ей на тот момент было не меньше ста лет. Никого старше нее я не встречала. По ее словам, она ждала меня и чувствовала, что я подхожу на роль твоей воспитательницы.

— Что это означало? — прошептала я.

Патти помедлила, глядя мне в лицо.

— Твое воспитание, Анна, требовало особой заботы, потому что ты больше, чем человек.

Я всегда знала, что отличаюсь от других, — почему же это звучало как совершеннейшее безумие?

— Так кто же я такая? — осторожно спросила я.

— Дитя ангелов.

Я нервно засмеялась, но оборвала себя, увидев, что Патти не улыбается.

— Твоя мать была ангелом света, а твой отец…

— Кто?

— Демон.

Усилием воли я заставила себя дышать и прошептала:

— Это невозможно. Ты же на самом деле в это не веришь, правда?

— Все, о чем предупредила меня сестра Рут, сбылось точь-в-точь. Когда тебе было три года, ты рассказала мне, что помнишь, как родилась. И все остальные события тоже произошли, одно за другим, и именно так, как она предсказывала.

— Ты знала?

Я была потрясена. Так вот почему Патти ни о чем меня не спрашивала! И не показывала меня врачам, когда я мучилась головными болями из-за пробуждения новых чувств, — это всегда казалось мне странным, при том, что она такая заботливая. Я думала — может быть, она не верит врачам, потому что у нее такая особенная девочка?

— Прости, что я не говорила тебе, — Патти запнулась. — У меня все время было ощущение, что еще не пора.

Я попыталась осмыслить все это. Должно же быть какое-то рациональное объяснение. Но разве не было у меня многолетних попыток рационально объяснить мои необычные способности? Я начала рассуждать вслух:

— Может быть, она сумасшедшая старуха, обладающая силой психического воздействия, или что-то в этом роде.

— Но как ты тогда объяснишь те сверхъестественные способности, которыми ты владеешь? Она говорила, что когда подрастешь, начнешь видеть и ангелов-хранителей.

Я задумалась — и вдруг меня осенило:

— Белые облачка!

— Ты их видишь?

Я выпрямилась и посмотрела на облачко Патти. Казалось, рука туманной фигуры лежит у Патти на плече. Черты были неразличимы — просто размытое пятно. Возможно ли, что это действительно ангел? Я протянула руку, и у меня на глазах облачная рука вспорхнула с плеча Патти и легла на мою ладонь. Ладонь ничего не ощутила, но пока рука лежала на ней, всю меня наполняло невероятное чувство умиротворения и понимания. Патти пристально следила за мной.

— Видишь, Анна? — проговорила она. — Все это правда. На земле нет никого, такого же, как ты. Есть похожие, но они лишь наполовину как ты. Это важно. Посмотри на меня.

Я по-прежнему смотрела на ангела-хранителя Патти, но тут заставила себя перевести глаза на нее.

— Все, кто похож на тебя, — это дети демонов, демонов и людей. И воспитаны они демонами. То есть мальчик, которого ты встретила, — он…

Где же твой ангел? Так вот что имел в виду Каидан!

— Он полудемон, — откликнулась я шепотом.

Все это сошлось вместе, резко ударило мне в грудь и полилось сквозь меня потоком ледяной воды.

— Надо было сказать тебе раньше, — из глаз Патти покатились слезы, но я была слишком потрясена, чтобы плакать вместе с ней. — Я эгоистка. Я знала, что если скажу, то пути назад не будет. Всё навсегда переменится. А на земле так мало этих полудемонов. Какая была вероятность, что тебе встретится один из них?

— Я на тебя не сержусь, — сказала я. Когда внутри бушует столько эмоций, невозможно сосредоточиться на какой-то одной. — Просто это трудно понять. Демоны и ангелы? Настоящие? То есть как? Это же…

Она подошла к моему туалетному столику и взяла с него Библию, а я подала ей бумажный платок из пачки, лежавшей на тумбочке. Патти промокнула глаза, вытерла нос, затем прокашлялась, уселась и раскрыла книгу у себя на коленях. Найдя нужное место, она передала Библию мне. Бытие, глава шестая, стих четвертый. Я прочла вслух: