Слав обвёл старейшин вопросительным взглядом. В ответ на него посмотрели четырнадцать пар очень мудрых глаз. И в каждой из них кроме понимания отразилось ещё какое-то чувство. Слав не сразу понял, что это – гордость. Причём, гордость именно за него, Слава. Он с потрясением понял, что все эти седые бородачи считают его если и не родным, то уж приёмным сыном точно.
Бартовогл прокашлялся и сказал:
–Конечно, я немного расстроен, что грифоны не приняли участия в войне. Но я всё же рад, что Слав смог сохранить эту нашу тайну. Он прав, – эльфы всё ещё не знают, что гнев Народа может обрушиться на них с небес. А это может принести нам выгоду в будущем.
Старейшины переглянулись и о чём-то коротко переговорили. Причём говорили они настолько быстро, что Слав сумел разобрать только два слова: «грифоны» и «тайна».
Наконец Вертостатл опять повернулся к Славу и спросил:
–Но ты же наверняка прибыл не только ради того, чтобы сообщить нам о сохранении нашего оружия в тайне? Что-то ведь есть более важное, чем это? Что же ты хотел нам сообщить, Слав?
Человек медленно кивнул и едва заметно улыбнулся:
–Мудрость гномов не перестаёт меня удивлять. Вот и в этот раз вы попали в самую точку. У меня и в самом деле есть более важное известие, чем даже весть о победе над армией эльфов. – Он обвёл сосредоточенные седобородые лица внимательным взглядом. – Я решил, что пришла пора наказать эльфов по-настоящему. Я считаю, что настало время разрушить сам миф о непобедимости бессмертных. Я хочу пойти войной на сами их крепости. Надо разрушить их полностью. Чтобы и камня на камне не осталось.
Вертостатл едва заметно покачал головой:
–Дело-то слишком уж опасное, Слав! Не лучше ли просто отражать нападения эльфов здесь? Тем более, что ты только что доказал всему Народу, что это довольно несложно сделать. Теперь уже никто из Народа не считает эльфов непобедимыми. Зачем же нам рисковать?
Слав кивнул:
–Конечно, доля правды в твоих словах есть, мудрый Вертостатл. Намного проще отражать атаки на своей земле. Но в этом таится немалая опасность. В моём родном мире есть масса примеров из прошлого, когда отражение нападений ничего не давало. И только полный разгром агрессора приносил покой. Причём покой и жителям страны – агрессора. К тому же, мы будем воевать не совсем уж на чужой земле. Сначала я предлагаю вернуть оркам их отчие земли. А это, как ни посмотри, совсем не чужая им земля. И только после завоевания Воктии можно будет решать, стоит ли нам продолжить освобождение этого мира от пагубного влияния эльфов.
Слав замолчал. Несколько секунд молчали и гномы. Зато потом началось бурное обсуждение. Слав сделал знак прислужнику, и тот подал ему стакан, наполненный до краёв соком гебогла. Славу очень понравился этот сладко – кислый напиток. Поэтому он и пьёт его при каждом удобном случае.
Делая маленькие глотки жёлтого сока, Слав молча слушает зубодробительную речь гномов. Он всё ещё недостаточно хорошо понимает этот крайне сложный язык. Правда, кое-какие слова он уже может разобрать. Даже при такой скорости речи, при какой сейчас говорят старейшины. Правда, почти вся информация проходит мимо его ушей.
Да и к чему тут что-то понимать? Всё же понятно и без перевода! Ясно, что гномы не хотят идти войной куда-то там в Воктию! И уж тем более – за её пределы! Одно дело – защищать Тобу, и совсем другое – приказать воинам гномов покинуть родные галереи. Признаться, Слав думал, что ему откажут сразу. Поэтому он приготовил целую речь, чтобы переубедить старейшин. По сути, гномов – воинов ему и не надо. Он просто хотел снова попросить дать ему грифонов. Только в этот раз Слав хотел просить сотни две крылатых красавцев.
Человек начал опустошать уже второй стакан сока, когда бурное обсуждение внезапно закончилось. Под стеклянным куполом установилась полнейшая тишина. Даже стало слышно, как за тонкой стеклянной стенкой тихо поёт ветер. Слав посмотрел в сосредоточенные лица гномов. Заговорил, естественно, Вертостатл. Старейшина прищурил выцветшие за многие века глаза и медленно сказал:
–Признаюсь, твой план нам не нравится. Совсем. Разве что только Бартовогл высказался за поддержку твоего плана. Но это-то как раз и понятно. Ему же не терпится снова оказаться под самыми облаками. А в такой поход надо отправить не одну сотню грифонов. Вполне естественно, что он хочет лично возглавить крылатую армию. – Старейшина помолчал. – Но все остальные, и я в том числе, против подобной затеи. Одно дело вы: тролли, орки, люди. И совсем другое – мы, гномы. Мы готовы умереть здесь, дома. Готовы даже защищать города внизу. Но идти куда-то в Воктию…
Слав решил, что пришла пора его убедительных доводов. Он уже набрал побольше воздуха в лёгкие, но ему не дал возможности хоть что-нибудь сказать сам Вертостатл. Заметив, что юный участник совета хочет что-то сказать, гном поднял вверх руку и перебил уже начавшего было говорить Слава:
