Несмотря на прямо-таки неожиданно идеальное поведение кота, Сашка не упускал момента пожаловаться на жизнь, недовольно бурчал, что эта лохматая метелка разносит по всему дому шерсть, что жрет в таких объемах, что скоро они разорятся на корме и что пусть сейчас Гена и не проявляет интереса к кисточкам на шторах, в скорости он обязательно его проявит, оторвет кисточки, и тогда Саша оторвет Славке, притащившему в дом это исчадие ада, голову.
Славка на бурчание не обращал никакого внимания, прекрасно зная, что если бы не кот в доме, Сашка нашел бы какой-нибудь другой повод пожаловаться на судьбу-злодейку. Сам он от кота, пусть тот и относился к нему с явной прохладцей, был в восторге, хотя быстро признал, что правильно ухаживать и содержать котов он не умеет.
Сашка, когда видел, что Слава в очередной раз собирается накосячить, выходил из амплуа снежной королевы и как маленькому втолковывал, что коту нельзя копченую колбасу, что ее, по-хорошему, и Славке нельзя тоже, и если они оба, и Слава и кот, не перестанут выебываться, Сашка посадит на диету обоих.
Славка с Геной после такой пламенной речи обычно влюбленно вздыхали, глядя на Сашу. Слава говорил коту, что Сашка такой раздражительный из-за экзаменов и нерадивых студентов, которые умудряются строчить умоляющие об отсрочке смс-ки даже ночью, из-за чего Сашка меняет уже третий номер, но ушлые студенты всё равно каким-то образом его узнают. Хорошо, что сам Слава получил экзамен автоматом. Но совсем даже не потому, что спит с преподавателем, а потому что этот самый преподаватель в течение всего семестра не давал ему ни единой возможности похалявить.
Жалобным рассказом проникся даже Гена и утешительно облизал Славе лысину.
***
— Чтоб ты знал, Гена, твой хозяин — распиздяй, — бурчал Сашка. Кот согласно мурлыкал. Он вообще был заранее согласен со всем, что Саша скажет. — Подхватить ветрянку в двадцать два года! Ебучий ты солдат неудачи.
— Саш, я же не специально.
— Ещё бы ты специально, — возмущенно фыркнул Саша. — Прекрати чесаться, хочешь, чтоб язвочки остались?
— Я с одной такой живу.
— Я на тебя сейчас Гену спущу.
Слава мигом заткнулся. Гена слушался Сашку беспрекословно. Иногда закрадывалась мысль, что Гена и не кот вовсе. Точнее, какой-то неправильный кот.
— Скажи спасибо, что я твоего обожаемого кота на мусорку опять не унес, он мне горшок с кактусом уронил и всю землю по кухне растаскал.
Слава покраснел и закашлялся. Сашка окинул его обеспокоенным взглядом, матюкнулся и пошел за градусником. Гена укоризненно глянул на Славу, с которым отношения прогрессировали в стадию вежливого нейтралитета.
Слава отвел взгляд. Он бы под страхом смертной казни не признался, что горшок уронил сам, пытаясь показать коту, как правильно действовать, и очень надеясь последнего заинтересовать. Если бы Геннадий не облюбовал для сна коробку из-под микроволновой печи, Славка бы точно решил, что это инопланетный разум.
А в Сашины угрозы относительно кота Слава уже давно не верил. Пусть Саша и дальше думает, что Слава спал и не видел, как он гладил счастливо тарахтящего Гену и называл его своим сладким котиком.
***
Слава очень сильно старался не обращать внимания на вопли кота за дверью. Тем более, что отвлекаться от обнаженного Саши очень не хотелось.
— Ну, ты чего остановился? — хрипло поинтересовался Саша, нетерпеливо двинув бедрами.
— Гена орет.
— Ну давай его третьим позовем, пусть посмотрит, — злобно буркнул Саша и впился в губы Славки поцелуем, надеясь его отвлечь.
Слава охотно отвлекся, но успел подумать о том, что надо бы убрать обувь в шкаф. Ревнивый Геннадий мог и отомстить.
Саша, кончая, заорал как резаный. Он в постели предпочитал не сдерживаться, к удовольствию Славки, который от этих криков ловил нехилый кайф, осознавая, что это именно он довел своего парня до такого состояния.
Мяв за дверью перерос в вой.
Слава и опомниться не успел, как дверь распахнулась и разъяренный Гена, видно, решив, что любимого хозяина обижают, с разбегу прыгнул на кровать и вцепился когтями во вражескую голую задницу.
Славка взвыл, задергался, пытаясь скинуть с себя кота, но тот, кажется, возомнил себя бультерьером и ослаблять хватку и не думал.
— У-у-у, вражья морда, — Слава обиженно покосился на невозмутимо вылизывающегося Гену, который отцепился от его полупопий, стоило только Саше его отогнать.
— Ладно, я передумал, хороший кот, — посмеиваясь, сказал Саша, обрабатывая перекисью Славин зад. — И вообще, ты так дергался, мне даже понравилось. Ощущения острее.
— Идите со своим Геной в жопу, острее ему ощущения, — проворчал Слава, морщась, и потребовал: — Подуй, а то щиплет.
— Чего это Гена мой? Это ты его притащил.
— А любит он больше тебя.
— А я тебя люблю.
— Как думаешь, шрамы останутся?
— Не беспокойся, шрамы украшают мужчину. Даже если они на заду.
***
