Я открыла дверь трейлера в полной уверенности, что увижу внутри Донавана, несмотря на нашу сделку, но его там не было. Я быстро смыла грим, думая, что он появится в любую минуту, и мне придется оставаться в обличии зомби четвертый день подряд. Но он не пришел.
Хорошо. Он спас меня с математикой, когда Леа позвонила, но теперь выполнил наше соглашение о моем желании иметь больше личного пространства. Мне нужно было отправить ему несколько фотографий со сделанным заданием.
Я забросила ботинки в угол и осмотрела колени. Они были красными. Завтра точно будут синяки. Мне нужен лед.
Я нашла Аарона сидящим на походном стульчике около трейлера его отца и уставившимся в записную книжку.
– Пс-с, как девушка может достать здесь немного льда? – Я не была даже уверена, что здесь где-то в принципе есть лед.
Он немного подпрыгнул, но затем улыбнулся и поднялся.
– Могу достать его для тебя. Тебе нужно в чашке?
– В пластиковом стаканчике будет лучше всего.
– Хорошо. Скоро вернусь.
– Я пойду с тобой.
– Ладно.
Пока мы шли, он спросил:
– У тебя есть аккаунты в соцсетях, верно?
– Да. Почему ты спрашиваешь? Твой отец хочет, чтобы я больше рекламировала фильм? – Я задумалась, как можно это сделать. У меня не было сотен тысяч подписчиков, даже близко не как у Гранта, но я вообще старалась не постить много. Но могла бы это исправить.
Аарон опустил взгляд, будто смутившись.
– Нет, я только хотел узнать, можно ли подписаться на тебя.
– А, да, конечно!
Он достал телефон, и я сказала ему свой ник. Он записал и убрал телефон в карман.
– У меня нет с собой телефона, но я добавлю тебя, как только вернусь в трейлер.
– Спасибо!
Мы обогнули здание церкви с обратной стороны, где располагалась мастерская, и я увидела агента Гранта, ковыряющего еду у шведского стола. Аарон вздохнул.
– Что? – спросила я.
– Питер такой надоедливый, всегда болтается поблизости и предъявляет требования.
– Какие требования?
Он покачал головой, как будто решил, что сказал лишнее, и ответил:
– Нет, ничего серьезного. То, о чем просит большинство агентов.
Я задумалась, просил ли мой агент что-то, кроме тех вещей, которые требовал добавить в контракт мой отец, например, дополнительные перерывы и рабочее расписание до десяти часов вечера.
Мы подошли к столу с едой, и Питер поднял на нас глаза. Он кивнул Аарону, затем оглядел меня, словно не понимая без зомби-грима, кто я. Я слегка улыбнулась.
– Сейчас вернусь, – сказал Аарон и подошел к металлическому контейнеру на колесах. Он открыл крышку спереди и огляделся, вероятно, осознав, что ему некуда положить лед. Показал мне жестом, чтобы я никуда не уходила, и ринулся куда-то.
Чувствуя себя немного не в своей тарелке, стоя одна в мертвой тишине рядом с агентом Гранта, я начала исследовать шведский стол. И хотя не была голодной, взяла йогурт.
– У вас есть пиарщик? – спросил Питер. Конечно, он знал, кто я.
– Гм… – Честно говоря, я не была уверена. – Мой агент, возможно, упоминал об одном раньше.
– Вам нужен пиарщик, – сказал он. – Чтобы поработать над вашим имиджем.
Он взял со стола клубнику, покрытую шоколадом, а затем пошлепал прочь, сверкая загорелыми ногами.
Аарон вернулся спустя пару минут, держа в руках сумку на молнии размером с галлон [7], полную льда.
– Все в порядке?
– Да.
– Для чего это, кстати? – Он указал на сумку.
Я взяла ее у него.
– У меня болят колени. Лавки были жесткие. – Я кивнула в сторону трейлера. – Мне лучше вернуться к домашке. Спасибо большое за помощь.
Вернувшись в трейлер, я положила лед на колени и принялась за домашнее задание, пока меня не отвлекли мысли. Стучала и стучала карандашом по бумаге. Телефон лежал рядом на диване. Почему Питер спросил меня об агенте по рекламе? Было ли там что-то еще, кроме ужасной картинки и подписи, которую я увидела на днях? Я взяла телефон и загуглила свое имя. Задержала дыхание, пока ждала, когда загрузится страница. Ничего нового не появилось, и тот пост, который я видела, исчез, не став вирусным. Я выдохнула с облегчением и отправила сообщение отцу: «У меня есть пиарщик?»
Он ответил почти сразу: «Нет, это слишком для того, сколько ты получаешь».
Скорее всего, так оно и было. Но я отправила мейл своему агенту, на всякий случай: «Мне нужен пиарщик?»
Я еще некоторое время пялилась в экран, но ответа не последовало. Если что, проживу и без пиарщика. Жила же как-то все это время.
– Это все, что ты успела сделать за вчерашний день? – спросил папа, когда следующим утром я вошла на кухню. Хотела поспать подольше, но тело уже привыкло к ранним подъемам.
– В смысле? – переспросила я, спросонья потирая глаза, затем открыла шкаф в поисках еды. Там был батончик гранолы, поэтому я взяла его и открыла.
– Домашняя работа. Ты решила всего два примера.
– О, верно. Я все доделаю. Именно поэтому взяла папку с собой. У меня впереди два выходных, – сказала я, жуя гранолу.
Папа положил папку на стол.
– Конечно, доделаешь. Сейчас. И сегодня же отнесешь в школу и сдашь своему наставнику. Самое время познакомиться с ней.
– Пап, но сегодня мой первый выходной за все время.
