Для расовой истории древних славян самым важным результатом предшествующей части работы явилось то, что восточноевропеоидный тип черепа можно проследить вплоть до неолита, и причем в двух совершенно различных географической и культурной окружающих средах. В России это обширная зона как лесов, так и степей, на территории которой обнаруживаются единичные находки, причем принадлежащие при этом различным культурным кругам (теория «культурных кругов»: направление в рамках исторической школы в этнографии и культурологии, центральной идеей которой было представление, что на протяжении ранней истории человечества устанавливались связи между отдельными элементами культуры и в результате этого оформлялись культурные круги, возникавшие на определенном географическом пространстве и распространявшиеся затем на другие области. —
Для ответа на вопрос, откуда и каким образом восточноевропеоиды проникли в нордическое праславянство, важно констатировать, что, очевидно, их связи с северными районами, с зоной лесов и протофинской народностью являются более тесными. Несмотря на то что эти территории представлены довольно широким эволюционным рядом, находки эпохи неолита подтверждают это. Восточнорусский бронзовый век, завершение которого представлено культурой Ананьино, входит в северноевразийский культурный круг, и в этой культуре вновь видны следы, оставленные финской народностью на раннем историческом этапе своего развития. И хотя восточноевропеоиды вовсе не являются единственными представителями этого периода, их присутствие можно с уверенностью подтвердить в обоих случаях. На юге и западе, напротив, раннее появление европеоидов, по всей видимости, продолжает оставаться эпизодическим. Минимум два тысячелетия разделяют их с возобновленным проникновением восточноевропеоидов, чьими представителями уже являются славяне.
В наше время основное внимание в вопросе распространения восточноевропеоидов также сосредоточено на северных районах и на зоне лесов [73) Эйкштедт Е. Определенно не является случайностью и то, что «светловолосый брахицефальный тип» был обнаружен сначала в Финляндии [74) Virchow, R.: Die physische Anthropologie der Finnen. Z. Ethn. VI, (185) — (189), 1874. Retzius, G.: Finska Cranier. 200 S., 28 Taf. Stockholm 1828.], и что выросшие в Финляндии и ставшие там антропологами Норденстренг (Nordenstreng) и Хильден (Hilden) принадлежат к самым усердным адвокатам его независимой значимости. [75) Хильден К. К вопросу восточно-балтийской расы (Hiden, К.: Zur Frage von der ostbaltischen Rasse, Acta Geographica 1, Nr. 3, 24 S., Helsingfors, 1927).] Да, этот тип неоднократно получал свое название, встречающееся у таких авторов, как Сержи (Sergi (Homo Arcticus Fennicus, 1911)), Паудлер (Финская раса (Finnische Rasse, 1924)) и Виклунд (Финский элемент (Finnisches Element, 1926)), по имени народа финнов. Разумеется, связи между восточноевропеоидной расой и финно-угорской народностью сегодня во многом прерваны и стерты, причем именно вследствие расширения славянства. Но даже говоря о дальше всех отнесенной в сторону части финно-угров — венграх (Ungarn) — Бартуш (Bartucz) подчеркивает, что восточноевропеоиды представляют «связующую нить» между ними и сегодняшними финнами, которая становится все более отчетлива и ощутима по мере возвращения в давно минувшие времена. [76) Бартуш Л. К расовой истории Венгрии при особом учете финско-венгерского родства (Bartucz, L.: Zur Rassengeschichte Ungarns mit besonderer Berücksichtigung der finnisch-ungarischen Verwandtschaft. Verh. IV. Finn-Ugr. Kulturkongr. 1931; 54–73, Helsingfors 1932.); он же: Краткий очерк расовой истории Венгрии (Ein Abriß der Rassengeschichte in Ungarn; Z. Rassenk. I; 225–240; 1935)].
