Ни для одной части Европы не доказано, что был перерыв между временами употребления камня и металла; и ничто не доказывает, что современные обитатели Европы не происходили от обитателей ее, живших в неолитическом веке, цивилизация которых носила характер очень зачаточный. Надо, стало быть, снова исследовать мотивы, заставившие приписывать первичным арийцам высокую степень цивилизации. Прежние заключения были основаны на филологии; но ученые склонны в настоящее время придавать капитальную важность доказательствам археологическим, а филологическим приписывать лишь второстепенное значение. На двух примерах, касающихся лошади и собаки, можно видеть, как более серьезные археологические доказательства исправили заключения филологии относительно этой первоначальной цивилизации. Названия лошади (по-санскритски
Во многих из самых древних поселений, признаваемых за палеолитические, как, например, в Солютрэ и Тайнгене, останки лошади, равно как и северного оленя, весьма обильны; очевидно, лошадь составляла большую часть пищи жителей, но очевидно также, что она находилась в диком состоянии. В наиболее древних озерных неолитических жилищах Швейцарии останки лошади редки или совсем не встречаются; позже они становятся обыкновеннее, а открытие удил, относящихся к концу бронзового века, доказывает, что это животное было тогда приручено. Отсюда, очевидно, вытекает, что имя лошади, общее арийским языкам, должно было обозначать ее в качестве предмета охоты и имеет столь же мало значения как и существование общих этим языкам наименований для волка и лисицы.
Относительно собаки это, однако, не так. Открытие собачьих костей в датских кухонных останках ничего не доказывает; собаки могли служить пищей так же, как волк и лисица, кости которых тоже находят в этих кучах останков; но мы заключаем, что собака была одомашнена, из того, что кости птиц и четвероногих, которыми питаются собаки, неизменно отсутствуют{111}. Очевидно, поэтому, что заключения филологии должны быть принимаемы с осторожностью, если только их нельзя проверить с помощью сведений, доставляемых археологией.
Открытия последних тридцати лет поставили весь вопрос о первобытной арийской цивилизации на новую почву. Кухонные остатки содержат остатки пиршеств грубых дикарей, которым земледелие было неизвестно, которые питались главным образом раковинами и не имели домашних животных, кроме собаки.
Мы находим в самых древних жилищах Германии и Швейцарии останки народа, от которого производят кельтов, обладавшего скотом, но жившего главным образом добычей, доставляемой охотой.
Мы следим за ним в течение периода, который должен был длиться много веков; сперва мы видим его одетым просто в кожи, потом выучившимся ткать циновки из древесной коры и, наконец, научившимся прясть лен.
Мы видим, что сначала он обладает одним лишь быком, потом одомашнивает постепенно козу, барана, свинью и, наконец, лошадь. Мы видим, как он делает мало-помалу большие успехи в земледелии и переходит постепенно от каменного века к бронзовому, а от бронзового века к железному. В озерных сооружениях Северной Италии мы можем таким же способом проследить то же постепенное развитие цивилизации и переход от охотничьего периода к земледельческому, через посредство периода пастушеского и от века камня к веку бронзы, у народа, от которого производят умбров и который тесно связан с латинской расой.
Раскопки д-ра Шлимана к Микенах и Гиссарлике относятся к более поздней культурной эпохе и выставили на свет останки народов, не знавших железа, но уже обладавших блестящей в своем роде цивилизацией; они были освоены с употреблением меди, бронзы и даже свинца и фабриковали весьма артистическая украшения из золота, слоновой кости и серебра.
Очевидно, что цивилизация, которую мы находим в Европе в начале исторического периода, образовалась постепенно, в течение долгого периода времени, а не была введена внезапно переселившейся новой расой. Точно так же, как в геологических теориях то, что приписывалось великим катастрофам, производимым потопами, в настоящее время объясняется действием существующих сил в течение громадных периодов времени, точно так же и археологи становятся все более и более расположенными заменить медленным прогрессом цивилизации старые теории, решавшие все трудности предполагаемым завоеванием или нашествием.
