Славяне во времена Адама Бременского хоть и были «почти уже все» христианами, но из его описания следует, что существовали даже целые славянские города, где язычники не позволяли иногородним христианам следовать открыто своему верованию, и это очень примечательный факт. Во-первых, за три с половиной века после развала Аварского каганата славяне создали многочисленные города, собственные хорошо вооруженные войска, богато украшенные центры языческой веры, а также центры международной торговли и собственных торговцев. А ведь в VIII—IX вв. ни о каких славянских городах в этих областях в источниках не упоминается, вооружены же славяне были в основном дрекольем и для выживания занимались откровенным грабежом соседних, более цивилизованных народов.
Во-вторых, несмотря на сильную поддержку миссионерского христианского движения Карлом Великим и его наследниками, язычество в XII в. в Славянской марке еще существовало вплоть до XIII в. и не подвергалось насильственному уничтожению. При значительных успехах в христианизации славян, которая должна была бы способствовать их ассимиляции в германском государстве, Адам Бременский называет более двух десятков различных славянских племен в междуречье Эльбы и Одера. В современной Восточной Германии сохранившиеся крохотные славянские территории являются больше экзотикой, чем реальностью. Основная масса славян на этой территории приняла христианство, а вместе с ним и римско-германскую культуру, с течением времени большая часть славян перестала ощущать себя славянами, и они стали называть себя голштинцами, мекленбургцами, саксонцами, померанцами.
Приверженцы язычества, защищавшие с оружием в руках свое право на выбор веры, начиная с XIII в., по благословению Римской церкви, были уничтожены физически без разбора их этнической принадлежности. И это не какая-то специфическая особенность германского народа: борьба государственной религии с инаковерующими во все времена и во всех странах происходила с особой жестокостью. Так, римские императоры отдавали на растерзание диким зверям тысячи христиан, а во времена расцвета эпохи Возрождения по приговору святой инквизиции сжигались на кострах тысячи тех же христиан, позволивших себе в чем-то не согласиться с мнением официальной церкви.
Кстати, о церкви в Богемии сообщает Козьма Пражский в «Богемской хронике» около 1125 г. «В последние годы правления Конрада II (1024—1039), отца Генриха III (1039—1056), герцог Богемский Брячислав старался поставить свою страну во главе славянского мира и повторить ту же попытку, которую незадолго перед тем сделал Болеслав Храбрый в отношении Польши. Узнав о смерти Конрада II, Брячислав вторгся с большим войском в Польшу, опустошил ее и подчинил; мощи Адальберта из Гнезно были перенесены в Прагу; в Богемии распространилась кирилловская литургия вместо латинской; к папе было отправлено посольство с просьбой отделить Богемию от Майнцской епархии и дать ее герцогам королевский титул. Так, Брячислав одним ударом уничтожил весь труд германизирования Богемии, на который потратили столько сил предшественники Генриха III» (76, 527). Даже если учесть, что это была отнюдь не окончательная победа богемцев над германским засильем, следует отметить методы установления главенства Богемии среди славянских народов.
