Если же иногда, особенно среди варваров, говорят, что Александр Великий был грек, это происходит по следующей причине: греки издавна вели войны с восточными народами и были самым известным народом Европы, поэтому те и считали все западные народы греками подобно тому, как в наше время греки и турки со всеми другими народами Леванта полагают, что все народы католической веры являются франками. Еремей Русский в «Летописях Московии» открыто говорит, что русские, или московиты, говорили на одном языке с древними македонцами. Из македонского рода был царь Филипп, отец Александра Великого, который (по свидетельству Плутарха в жизнеописании Александра, Юстина (VIII), Сабеллико (IV эннеада, 3-я книга) и многих других), вынудил самые надменные города Греции подчиниться его законам и наложил ярмо рабства на Грецию, бывшую до той поры свободной, сравнявшись славой с самыми великими царями. Его сын Александр Великий, как написано в I книге Маккавеев (1), «достиг пределов земли, овладел трофеями множества воинств, и онемела земля перед ним». После Александра македонцы и их потомки, как свидетельствует Диодор Сицилийский (I), помимо других земель, в течение 276 лет властвовали над египтянами.
Но вернемся к рассказу об иллирийцах.
После смерти Александра Великого они несли военную службу и у других государей, но особенно у римлян, которые, зная по опыту, что в доблести они превосходят все другие народы, постарались заручиться их дружбой и пользовались их услугами в самые трудные времена и в самых опасных предприятиях. Аммиан Марцеллин, описывая во II книге войны, которые вели римляне, говорит: «Юлиан опасался также военных сил Востока, особенно когда до него дошло известие, что большое войско под началом комита Марциана, пройдя Фракию, находится на подходе к Суккам. Однако среди стольких бед он не падал духом, стягивая доблестные и закаленные в боях иллирийские войска».
Когда Римскую империю терзала воинственная Германия, на охрану ее границ были поставлены два иллирийских легиона, каждый по шесть тысяч человек, прозванных «маттиобарбулами», и в течение длительного времени, как сообщает Вегеций (I, 17), они участвовали во всех войнах с большим успехом, так что Диоклетиан и Максимиан, став императорами, за их военные заслуги постановили присвоить одному из них имя юпитерова, а другому — геркулесова. И Цезарю Августу во время гражданских войн, и императору Валенту в его восточных походах ни один народ не оказал такой помощи, как иллирийцы.
Сражались они и под началом Велизария в Италии с готами, где проявил исключительную храбрость и геройство Назар (Nazate), который, как пишет Прокопий («Война с готами», (III)), был начальником отряда иллирийцев. Среди последних особой известностью пользовалось воинское искусство далматов. Как говорит Бернардо Джустиниани (IV), имя их всегда пользовалось громкой славой. Когда римляне хотели обучить своих воинов и приучить их к тяготам войны, то, как сообщает Веллей (II), посылали их сражаться с далматами. Не раз испытав их доблесть и силу, а также преданность своему государю, римляне почти во всех самых важных войнах старались иметь в составе своих войск. По этой причине, как пишет Иосиф в «Иудейской войне» (II), римляне постоянно держали два далматских легиона на границах с Германией для защиты от нападений со стороны неукротимого [германского] племени. И в сражении императора Клавдия с готами, численность которых достигала 350 тысяч, далматская конница, как пишет Требеллий в жизнеописании упомянутого императора, явила яркий пример своей великой доблести и воинского мастерства; при этом и сам Клавдий вел свой род от далматов. О том, насколько высоко ценили римляне их доблесть и преданность, прекрасно сказано у греческого писателя Зосима (V): «Когда Константин вел войну с императором Гонорием и Рим подвергся крайней опасности, государь решил призвать на защиту города легионы воинов-далматов, которые благодаря как своей отваге, так и телесной силе, стали основой всего римского войска». Так пишет Зосим. Не думаю, что найдется более похвальное суждение, чем это — из всех народов Римской империи одним только далматам была доверена защита Рима, столицы империи. Поэтому никто не должен удивляться тому, что и сегодня иллирийцы находятся в таком почете у турецкого государя, и что из них он выбирает чуть ли не самых главных своих сановников и военачальников и держит в качестве личной гвардии почти двадцать тысяч янычар, выходцев из этого народа.