- Возможно... - сдержанно ответил подполковник, в последний раз взвешивая, насколько он прав, привлекая к выполнению своих далеко идущих планов Аркана, однако торопиться не хотелось. - В гостинице, конечно, жить хорошо, если недолго... - задумчиво проговорил он. - Я тут объявление одно со столба снял, стоит попробовать, - подполковник положил перед Арканом небольшой листочек, - и не затягивай: жилье за такие деньги и в таком удобном месте, почти в самом центре города, долго пустовать не будет!
- Спасибо вам, крестный, - сдержанно поблагодарил Аркан. Внимательно прочитав текст объявления, он внутренне напрягся: "за такие деньги" в Запорожье можно арендовать целый дворец, но вслух сказал: - Если еще свободна, то снимем...
- Свободна, можешь не сомневаться: я звонил и убедил стариков не сдавать до завтрашнего вечера. Скажешь, от Оскара Тимофеевича звонишь, его, мол, племянник...
- У стариков много родственников? - как бы на дурачка, попытался "пробить" Аркан своего "крестного", чтобы проверить, засвеченная ли эта квартира, ментовская или действительно случайная, по объявлению.
- Сам все и выяснишь... - Артем Никитович сразу понял, куда клонит его подопечный, и на какой-то миг ему стало даже жаль стариков, но он отбросил в сторону эмоции и ничего не сказал.
- Чем мы можем заниматься, пока вы не дадите нам работу? - спросил Аркан.
- Чем угодно, только без "мокрых" дел. - Подполковник в упор посмотрел ему в глаза и рассмеялся, добавив: - Во всяком случае, пока.
- Все другое можно? - прямо спросил Аркан.
- Если осторожно...
Они понимали друг друга с полуслова...
Так судьба, не без участия подполковника Громыхайло, столкнула и без того несчастных стариков Лукошниковых с отморозками с Украины...
На всякий случай, выяснив, что большинство подобных объявлений публикуются в популярной газете "Из рук в руки", Аркан купил последний номер этой газеты и терпеливо обзвонил хозяев, желающих сдать свои квартиры. Он хотел выяснить, насколько дешево жилье, предложенное подполковником. После двух часов нудных наборов номеров и нескольких десятков повторений одних и тех же вопросов, Аркан понял, что подполковник нисколько не лукавил, намекая о "таких деньгах". В этот же вечер он созвонился с Кузьмой Силантьевичем, хозяином квартиры, и через час уже приехал к нему домой.
Аркан умел быть обаятельным, когда это было нужно, и вскоре понравился и хозяину, и его жене, которая даже угостила его чаем и пирожками с картошкой собственного изготовления. Сговорились на том, что пока они сдадут ему и его "родственникам" две комнаты, а потом, когда старики подыщут себе жилье, и всю квартиру. Аркан заверил доверчивых стариков, что, кроме арендной платы, не только возьмет на себя оплату коммунальных расходов, но и сделает за свой счет качественный ремонт всей квартиры. Старики были настолько растроганы щедрым квартирантом, таким милым и обаятельным, что стали даже называть его ласково "сынок"...
На следующий день "милый и обаятельный сынок" въехал к ним в дом вместе с двумя своими "родственниками". Нескольких дней хватило, чтобы выяснить семейное положение стариков, и Аркан понял, что этих бедолаг легко можно облапошить. Вскоре он сам подыскал им дешевую однокомнатную квартирку на Лосиноостровской улице и, чтобы окончательно усыпить бдительность супругов, заплатил за аренду квартиры за три месяца вперед, чем вверг бедных стариков в настоящую эйфорию.
И когда Аркан через пару недель принес им договор о доверительном управлении, якобы для того чтобы иметь возможность получить скидку на евроремонт, старикам и в голову не пришло, что он де-юре является договором о купле-продаже, подписав который Лукошников терял имущественные права на жилплощадь. Сомнений не возникло еще и потому, что при подписании документа присутствовал нотариус.
Надо сказать, что у Кузьмы Силантьевича последнее время очень плохо стало с глазами - напомнила о себе давняя фронтовая контузия, и он почти не воспринимал текст, напечатанный мелкими буквами, но мужская гордость не позволяла ему в этом признаться даже жене, а по врачам он с молодых лет ходить не любил. А потому, полистав для порядка бумаги, принесенные Арканом, он безропотно их подписал. Супруга, не привыкшая перечить мужу, и тут не возражала.
Вот так и вышло, что "милый и обаятельный сынок" Аркан отобрал у них квартиру и превратил их в самых настоящих бомжей.
О своей беде старики узнали только тогда, когда через три месяца приехали за очередной арендной платой. Они уткнулись в новую железную дверь с новыми замками, короче говоря, в тот день им так и не удалось попасть в свою квартиру: на звонки никто не отозвался. Посчитав это недоразумением, старики вернулись в снимаемое ими жилье, которое, на свое счастье, оплатили за полгода вперед, и стали названивать квартирантам. Через некоторое время трубку поднял Аркан, который в доходчивой и довольно грубой форме объяснил им:
