— Она в твоем распоряжении, — заметив, как блеснули глаза, поспешно добавил, — если конечно хочешь, я уже понял, что пирожков от тебя не дождешься.
Промолчав, Стас посмотрел на стол, ему действительно хотелось что-то приготовить. Давно он не радовался на кухне. Омеге внутри хотелось тарахтеть сковородками и кастрюлями, лишь бы порадовать альфу.
— Хорошо, — выдохнул он, — но ты купишь все, что мне понадобится, в том числе и одежду.
Удивленно выгнув бровь, Маркус победно улыбнулся, поедая картофель-фри.
— Как скажешь, — кивнул он, слизывая с пальцев соус. — И чем ты меня порадуешь?
Распаковывая курочку в панировке, Стас пожал плечами.
— Я люблю готовить сладкое, — он увлеченно рассматривал соусы, не зная с чего начать, — так что каким-то десертиком.
Подняв глаза на Маркуса, он улыбнулся, замечая с каким удивлением оглядывает его хозяин дома. Альфа уже хотел, что-то сказать, как мобильный требовательно привлек к себе его внимание, нашарив в кармане телефон Стаса, посмотрев на экран, он недовольно протянул его владельцу.
Приняв вызов, парень надеялся, что по голосу не сильно слышно, как он волнуется.
— Привет, — выдавил Стас на сдержанное приветствие.
— Прости, что звоню так поздно… — выдохнул отец.
Омега машинально посмотрел на часы, еще даже двух не было, а казалось, что с пребывания здесь, прошло уж точно часов так двенадцать.
— Что случилось? — спросил он, хотя прекрасно знал, в чем дело.
Слегка помедлив, отец наконец перешел к делу.
— Ты же знаешь, что мать в бешенстве?
Зажмурившись, смахнув нахлынувшие слезы, отвернувшись от Маркуса, он медленно подошел к окну, надеясь, что их разговор не достигнет любопытных ушей.
— Ты позвонил, чтобы тоже переубедить? — Стас нервно теребил вертикальные жалюзи, рассматривая ночной город.
Хмыкнув, Александр Дмитриевич, видимо улыбнулся, смягчаясь.
— Нет, конечно, — заверил он. — Я же знаю насколько настойчивой она может быть, в попытках получить желаемое.
Улыбнувшись, омега закивал, поздно осознавая, что собеседник его не видит.
— Это точно, — согласился Стас.
— Хочу тебя предупредить, — продолжил отец, — она оккупировала твою квартиру…
Застыв на мгновение, парень был в шоке от того что все так обернулось.
— … так что пока буря не минует, поживи у своего парня. — Александр Дмитриевич слегка замешкал. — Не волнуйся, она поймет, что перешла черту…
Слушая его голос, парень чувствовал себя неуютно, когда разговор зашел о маме, в его голосе не было той теплоты что раньше.
Закончив беседу Стас обернулся, натыкаясь на Маркуса, который молча развалился на диване позади него.
— Услышал все что хотел? — не сдержался парень, раздражаясь от всеобщего любопытства.
Примирительно улыбнувшись, альфа попытался оправдаться.
— Я же волнуюсь.
Подковырнув ногой пушистый ковер, Стас прорычал.
— Если бы не ты со своими прихотями… — не сдержавшись, он запустил телефоном в мужчину.
Поймав его, Маркус слегка напрягся, зная, что в действительности он прав, но признавать свою вину все равно не собирался.
Прекрасно понимая, что никаких извинений не последует, Стас, молча зашагал на второй этаж, потеряв всякий аппетит.
— Ты куда? — спохватился Маркус.
Ничего не ответив, махнув рукой, парень показал средний палец, не желая находиться рядом с ним.
Омега выскочил на лоджию, дверь на которую находилась слева от постели. Плюхнувшись на плетеное кресло, он, передернув плечами от ночной прохлады с удивлением осмотрелся. Он боялся высоты, но даже этот страх не заставил его сдвинуться с места, рассматривая город, который был как на ладони.
Стас невольно поерзал на неудобном кресле, не привыкшая к сексу задница давала о себе знать, не в лучшем смысле. Поднявшись, омега поплелся к кроватке, желая уткнуться в теплое мягонькое одеяло.
Наблюдая, как секретарь молча уходит, не собираясь терпеть его общество, Маркус испытывал противоречивые чувства.
Ему хотелось в очередной раз опрокинуть омегу, да хоть на ковер, и снова погрузиться в мир похоти и страсти. В ушах до сих пор звучали сладкие стоны и хриплые просьбы, которые хотелось слушать бесконечно.
Маркус понимал, что именно он стал причиной его проблем.
Чуждое чувство вины медленно зарождалось внутри, заставляя альфу нервно ерзать на диване в желании загладить перед Стасом вину.
Он раздраженно запустил пальцы в волосы, чувствуя себя беспомощным.
Альфа был в замешательстве от того что не смог сдержаться в постели. Когда парень озвучил свою «просьбу», ему захотелось хоть как-то заклеймить, показать, что парень принадлежит только ему.
Многие были бы рады такому проявлению привязанности.
Но не он.
Он был настолько другим, что Маркус с каждым днем открывал новые грани его характера, которые не переставали удивлять, обезоруживая, заставляя чувствовать себя глупо, не зная, как поступить, чтобы не усугубить ситуацию.
Выключив телевизор, отбросив пульт и выдохнув, он направился к Стасу, надеясь хоть как-то исправить свой косяк.