Таймаз поразился тому, что рассказала Акнур. Вспомнил, что его жена постоянно сидит у магазина и продает зеленый лук. Действительно, в этом мире каждый живет по-своему.
Из-за двери донесся запах горелого масла. Потом послышалось громкое шипенье, видимо, Акнур бросила на жаровню мясо. Вот она снова вошла и принесла узелок с сахаром, чайник, пиалу и оставила все это перед гостем.
— А вы что же не присаживаетесь?
— Я в той комнате. Неудобно… — ответила Акнур и вышла.
Таймазу стало скучно одному. Перелив несколько раз чай из пиалы в чайник, он поднялся и посмотрел в приоткрытую дверь. Акнур уже промывала во дворе рис. Потом уселся так, чтобы была видна она, и стал пить чай, не сводя с женщины взгляда. Вот Акнур бросила в казан рис и, словно почувствовав, что на нее смотрят, резко обернулась. Заметив взгляд Таймаза; посмотрела на свое старенькое платье и смущенна пошла в свою комнату.
Таймаз, мечтавший о встрече с Акнур, выслушав еерассказ, совсем было разочаровался в своих надеждах. Но увидел, что она смущается, опускает глаза, и вот сейчас побежала в комнату, возможно, для того, чтобы переодеться, снова воспрянул духом.
Хозяйка вскоре вернулась к очагу. Постояла у казана и, убавив под ним огонь, снова посмотрела в сторону Таймаза. Но, встретившись с его взглядом, еще больше смутилась, покраснела и скорее всего без надобности опять заторопилась в комнату.
Оценивая всю эту суетню, Таймаз подумал: «Она или очень легкого поведения, или уже совсем одичала от одиночества».
Акнур долго не выходила из своей комнаты. Таймаз не удержался и заглянул в замочную скважину ее двери: ого, вымыла волосы и причесывает их. Гость совсем забыл, где он находится, что он здесь делает, все его внимание было приковано сейчас к красавице Акнур. Да, возможно, и она не отдает себе отчета в том, что делает. Забросила черные косы за спину. Опустилась на корточки и открыла сундук. Достала оттуда яркое платье из дараи, осмотрела его со всех сторон, быстро сняла с себя старенькое и также быстро надела новое.
При виде голой спины Акнур у Таймаза бешено заколотилось сердце. Он бессильно опустился на ковер, с трудом добрался до подушек и лёг. Таймаз слышал, как женщина, легко ступая, вышла, а потом снова вернулась к себе.
Открылась дверь, соединяющая обе комнаты. Таймаз поднялся. Держа на дастархане красивую мелкую миску с дымящимся пловом, Акнур шагнула в гостиную. На голове у нее — шерстяной платок с черной бахромой. Теперь она выглядела просто красавицей. Поставила перед гостем плов и сказала:
— Вот кушайте. — А сама тут же ушла в свою комнату.
Обедали каждый у себя. После того, как посуда была убрана, Акнур принесла чай.
— Темнеет, может лампу зажечь?
— Зажги.
Когда она хотела пройти в свою комнату, Таймаз схватил ее за руку. Акнур резко остановилась и застыла как ледяная. Кровь отхлынула от ее лица. Бледная и обессилевшая, она села на ковер. Таймаз тоже растерялся и продолжал сидеть, держа ее руку в своей. Ее начало трясти, словно в лихорадке. Он испугался. Выпустил руку, уложил женщину на подушку и беспокойно сидел у ее изголовья.
— Воды, воды! — тихо попросила она.
Таймаз бегом принес воды. И еще больше испугался, когда стал ее поить, почувствовав, что тело Акнур теперь уже пышет жаром. Она отпила лишь несколько глотков. «Припадочная, что ли?» — растерянно подумал Таймаз. И пожалел о содеянном.
Акнур дрожащей рукой оттолкнула Таймаза. Он совсем опешил. Когда взглянул ей в лицо, увидел, щеки хозяйки красные, как яблоки.
В эту минуту в ворота постучали.
— Иди открой калитку, — с трудом выговорила Акнур. И, еле волоча ослабевшие ноги, ушла в свою комнату.
Открыв калитку и увидев пограничников, он сильна перетрусил:
— Кто ты?
— Я гость.
— Документы!
Таймаз протянул паспорт, удостоверение с места работы. «Узнали, наверно, и арестовали всех моих клиентов в Теджене. Все, теперь я пропал…» Посмотрели документы Таймаза, обыскали, ничего уличающего не нашли.
— Какого черта околачиваешься в доме, где нет мужчины? — сердито спросила какая-то женщина.
«Наверно, председатель сельского Совета», — предположил Таймаз. Потом его тут же у ворот оставили под охраной, пока в доме Моллы производили обыск. Ничего подозрительного не обнаружили.
Акнур от страха съежилась в углу.
— Молла приходит домой?
— Нет, — отвечала она тихим, дрожащим голосом.
— Когда приходил в последний раз?
— Более двух лет назад.
— А это что за человек?
— Таймазом зовут.
— Откуда он?
— Из Ашхабада.
— Может, знакомый Моллы?
— Не знаю. Спросите у него самого.
— А ты чем занимаешься?
— Да почти ничем.
— На что же тогда живешь?
— Вот на что, — показала Акнур расшитый суконный халат. Увидев вышитые на халате узоры, красноармейцы пришли в восхищение.
Таймаз не признался, что знаком с Моллой.
— А что же ты здесь делаешь? — повторила женщина и строго добавила:
— Прочь отсюда, бездельник.
— Уйду, уйду, тетя. А завернул я сюда просто, чтобы попить чаю, побеседовать, — торопливо бормотал Таймаз и, взяв под мышку шинель, поспешно убрался со двора.
