Перевод 1865 г., сокращенный и переработанный для юношества.
Въ послдней половин прошедшаго столтія, въ ясный лтній день, посреди вковыхъ американскихъ лсовъ, общество, состоявшее изъ двухъ мужчинъ и двухъ женщинъ, подымалось на возвышеніе, образовавшееся отъ поваленныхъ втромъ и въ безпорядк другъ на друг лежащихъ деревьевъ съ цлью безпрепятственне любоваться видомъ окрестности. Деревья эти скучились на небольшомъ холм, и потому видъ съ нихъ могъ простираться на дальнее разстояніе. Одно изъ нихъ было совершенно вырвано съ корнями, обращенными кверху такимъ образомъ, что, покрытые землею, промежутки отъ одного корня до другаго представляли путешественникамъ родъ подмостковъ, на которые они могли смло стать для своихъ наблюденій.
Впрочемъ, это были не особенно знатныя лица; двое изъ нихъ — мужъ и жена — принадлежали къ индйскому племени Тускарора; третій, судя по одежд и другимъ признакамъ, былъ морякъ, а спутница его, приходившаяся ему племянницею, была дочь англійскаго сержанта изъ расположеннаго при озер Онтаріо Форта Озвего, который и служилъ теперь общею цлью путешествія,
Молодая, красивая и не лишенная образованія двушка съ удовольствіемъ глядла на величественную, прекрасную картину, представлявшуюся ея взорамъ; задумчиво смотрла она на безконечное море листьевъ и втвей, которое, куда только достигалъ глазъ ея, блестло сочною, прекрасною зеленью роскошной растительности. Красивый илемъ, широколистый кленъ, великолпные дубы и гибкія, высокія липы образовали широкій, безконечный коверъ, тянувшійся до горизонта и тамъ соединявшійся, подобно волнамъ необозримаго океана, съ облаками. Мстами высокій стволъ исполинской сосны возвышался надъ обширной равниной и походилъ на пирамидальный образъ величественнаго памятника, воздвигнутаго искусной рукой на необозримомъ зеленомъ пространств.
— Дядя, сказала двушка, посл продолжительнаго молчанія;- какъ много этотъ видъ напоминаетъ безконечное, любимое и дорогое вамъ море.
— Не боле, какъ можетъ вообразить себ неопытная двушка, Магнитъ! (Этимъ именемъ морякъ часто называлъ свою племянницу, намекая въ шутку на ея личную притягательную силу.) Какъ можешь ты находить какое либо сходство между этими немногими листьями и настоящимъ Атлантическимъ океаномъ? Вс эти верхушки деревьевъ вмст едва ли достаточны будутъ для частички одянія Нептуна.
— Дядя Капъ, вы въ этомъ сильно ошибаетесь, смясь возразила Марія:- куда только хватаетъ глазъ, мы не видимъ ничего кром листьевъ; что же больше можетъ представить океанъ?
— Что больше? съ досадою отвчалъ морякъ. Лучше опроси: что меньше? Гд же здсь голубыя воды, вздымающіяся волны, буруны, киты, смерчи, бури, ураганы? И что за рыбы плаваютъ подъ этой безсильной плоскостью?
— Ну, въ буряхъ и здсь нтъ недостатка, какъ доказываютъ эти вырванныя съ корнями деревья, и если подъ листьями нтъ рыбъ, за то лса не лишены двуногихъ и четвероногихъ животныхъ.
— Это еще вопросъ, съ сомнніемъ отвчалъ старый морякъ: — во все время вашего пути отъ Альбани мы не встрчали ни дикихъ, ни ручныхъ зврей, кром лишь нсколькихъ дрянныхъ птицъ, — и, при совокупности всхъ этихъ обстоятельствъ, я сильно сомнваюсь, чтобы какое либо изъ твоихъ живущихъ на суш животныхъ могло выдержать сравненіе съ экваторіальною акулою.
Марія ничего не отвчала на противорчившіе ей доводы дяди, и продолжала спокойно смотрть на безконечный лсъ.
— Это что такое? нсколько спустя, спросила она, указывая пальцемъ на вершины деревьевъ. Тамъ виднъ дымъ! Ужь не поднимается ли онъ изъ какого либо жилища?
— Это дйствительно дымъ, возразилъ Капъ; но о его значеніи надо спросить Тускарору,
Онъ обратился къ индйцу, слегка тронулъ его за плечо, чтобы возбудить его вниманіе, и указалъ ему на узкій столбъ дыма, тихо подымавшійся изъ лиственной чащи на разстояніи отъ нихъ не боле одной мили. Индецъ, высокій, воинственной наружности, повернулся и бросилъ быстрый взглядъ на указываемый ему дымъ; потомъ легко поднялся на цыпочки, и около минуты простоялъ съ открытыми ноздрями, подобно рыб, чувствующей въ воздух опасность. Наконецъ, онъ издалъ слабый, едва слышный звукъ и нсколько съежился. Лицо его выказало безпокойство, но темный и быстрый глазъ его облетлъ всю окрестность, какъ будто хотлъ гд-либо отыскать опасность.
— Ну, въ чемъ же дло, Стрла? снова обратился къ индйцу старый морякъ. — Я полагаю, что по близости должны быть Онеиды или Тускароры, и предлагаю завести съ ними знакомство, чтобы добыть уютный ночлегъ въ ихъ селеніи.
— Тамъ нтъ селенія, спокойно, но положительно отвчалъ индецъ. Слишкомъ много деревьевъ.
— Если бы и такъ, все-таки тамъ должны быть индйцы, и, быть можетъ, изъ вашихъ старинныхъ товарищей.
— Не Тускарора, не Онеиды, не Могавки, — это огонь блднолицыхъ.
— Блднолицыхъ? съ сомнніемъ и удивленіемъ спросилъ Капъ. Какъ же вы это можете знать? Изъ чего вы видите, спрашиваю я васъ, что это дымъ отъ огня блднолицыхъ, а не краснокожихъ?
