Из Грузии поступило сообщение, что Вахтанг Хуцишвили и Фима Курик в Тбилиси гостили у брата Вахтанга. Они ездили в типографию «Цекавшири», где у Вахтанга, как он сказал брату, были какие-то дела.
Криминалистическая экспертиза установила, что литеры букв в этой типографии и на бланках совпадают по форме, размеру, способу изготовления, характеристике шрифта, но лишь в обозначении номеров и серий, а сами бланки отпечатаны в другом месте.
Скрастиньш срочно вылетел в Тбилиси. Здесь он выяснил, что группа печатников из типографии в начале ноября ездила в туристскую поездку в Ригу. Один из них — Серго Гогишвили — познакомился с Вахтангом и пригласил его к себе в номер. В тот вечер они крепко выпили. А через неделю Вахтанг с каким-то рижским приятелем прилетел в Тбилиси, явился к Серго в типографию и попросил напечатать номера на бланках. Гогишвили сначала заупорствовал.
— Но ты же обещал, — укоризненно сказал Вахтанг.
Гогишвили был сильно пьян в тот вечер и не помнил, что он там наобещал. Но не в обычаях грузин отказываться от своего слова, объяснил Гогишвили Скрастиньшу. И он попросил одного из рабочих выполнить просьбу Вахтанга.
— А что это были за документы? — спросил Скрастиньш.
— Честно говоря, я даже не посмотрел. Он дал мне пачку бумаг и список номеров, а я передал рабочему.
— Экземпляров было много?
— Порядочно. Наверное, с тысячу.
Рабочий подтвердил, что сделал работу, порученную ему бригадиром Гогишвили, а что это была за работа — помнит плохо. Самого Вахтанга он вообще не видел.
Это были уже улики. Они доказывали причастность Курика и Хуцишвили к операции с бланками. Но, по описаниям Поплавского, Туритиса и Васильева, ни Вахтанг, ни Фима на продавцов не походили. Значит, круг «дельцов» шире.
После ухода Сергея Толик сказал:
— Слушай, Аркаша, дай чего-нибудь выпить.
— Потерпи. Закончим дело, тогда гульнем.
— Рюмочку коньяка! Или водки. Просто чтоб расслабиться.
— Лучше выпей кофе. Я сейчас сварю.
— Ну давай. Который час?
— Половина четвертого.
— Еще полтора часа. Прямо сил нет.
— Недаром говорят: ждать и догонять — нет хуже.
— Слушай, а ведь нам повезло, а, Аркаш! Один миг — и по десять тысяч в кармане.
— Ян все-таки молодец. Такие деньги за одну ночь достал.
— Так он пять тысяч получит!
Они выпили кофе, покурили. Стрелки часов, казалось, не двигались.
— Ты что с деньгами сделаешь? — спросил Толик.
— Пока ничего. Пусть полежат. Может, дело какое подвернется. А вообще я хочу дачку на взморье купить. Койка теперь два рубля. Десять человек пустишь — в день двадцатка.
— Ну, двадцатка в день — это разве деньги? Неостроумно. Да и мороки много. Вот Сергей — молоток. Принес бумажки — и целый портфель денег... Без пяти пять уже. Я погляжу в окно — не идут ли?
— Чтоб увидеть, высовываться надо.
— Ну и что ж... — Толик высунулся в окно.
Старые часы с кукушкой у Миркина в кухне пробили пять, потом половину шестого, потом шесть. Гурам с Магомедом не появлялись.
— Слушай, ты адрес ему правильный дал? — спросил Миркин. — Не перепутал?
— Да нет. Он повторил. И телефон твой у него есть.
— Позвони домой. Может, он туда звонил.
Толик позвонил домой, но соседка сказала, что никто его не спрашивал.
Они сидели на диване, прислушивались, бросались к двери, когда слышали шаги на лестнице, высовывались в окно. Никто не появлялся. В девять часов они поняли, что никто не придет.
— Ну что могло случиться? — недоумевал Толик. — Трамвай задавил? Может, ехали на такси и попали в катастрофу? Магомед где остановился, ты знаешь?
— Кажется, в гостинице «Рига».
— Давай позвоним, узнаем.
Среди живущих в гостинице «Рига» Магомед Исхаков не числился.
— Что могло случиться? — волновался Миркин. — Ну что? Совершенно непонятно, почему они не пришли. Ведь они так заинтересованы были.
— Может, их арестовали?
— За что?
— Откуда я знаю? Но согласись, все это странно.
И в десять часов никто не пришел, и в одиннадцать.
Приятели не спали всю ночь. Курили, пили кофе, прислушивались к шагам на лестнице...
Ян Мережковский узнал по описанию Сергея, когда тот вошел в дом, дождался его выхода, потом позвонил из автомата Аркадию.
— Все в порядке, — успокоил Аркадий. — Товар на месте.
— Я не нужен больше?
— Нет. Приходи завтра с утра.
— Пойдем, Артур, — сказал Мережковский приятелю, — посидим в кафе, я тебя коньячком угощу.
— А как же долг, который тебе должны вернуть?
— Он мне домой отнес, жене отдал. Да это и к лучшему.
Утром Ян отправился к Миркину, чтобы забрать двадцать четыре тысячи, которые он занял у приятелей, и получить свой куш — пять тысяч.
Аркадий открыл дверь, и Ян удивился: серое лицо, ввалившиеся глаза.
— Пили, что ли, всю ночь на радостях? — спросил Мережковский.
— Они не пришли, — сказал Миркин.
— Кто? — переспросил Ян. — Кто не пришел?
— Гурам и Магомед.
Ян привалился к стене.
— А деньги?
— Деньги мы отдали Сергею...
— Дева Мария! А что же я людям-то верну? Ведь мне такие деньги люди доверили! Вы же сказали — все точно! Сволочи! Гоните деньги! Вы что, взбесились?