При наличии трупа и очерченного круга подозреваемых авантюрное расследование убийства ведут шулер Жек и массажистка Жанна. Одновременно с Жеком и Жанной, не профессионалами и даже не любителями, ищут убийцу и другие участники трагических событий, порой с использованием незаконных методов ведения следствия. В результате коллективных усилий происходит постоянная смена подозреваемых.
© Сергей Семипядный, 2015
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru
– Похороны вместо свадьбы! Весёленькое тебе, Петруха, предстоит приключеньице! – сказал Жек, не первой молодости мужчина в не первой свежести костюме, и рассмеялся.
– О чём это ты? – чуть нахмурясь, спрашивает Пётр, ставя на стол трёхлитровую банку с пивом. Он привык ожидать от младшего братца одних лишь неприятностей.
– Звонил сейчас один тип, из новых русских, как я понял, и пригласил тебя в свою квартирку на Знаменке. Кстати, по Знаменке президент шлындает. Это же…
– Зачем? Кто такой? И чего ты трубку схватил? Тебе, что ли, звонили?
– А что? Тебя нет, я и подумал… А дело-то важное. – И Жек многозначительно дёрнул бровями.
Неясное предчувствие слегка приморозило Петра, и он, выдохнув, приказал:
– Выкладывай!
– Да ничего страшного! – округлил глаза Жек. – Просто принял для тебя заказ. Позвонил какой-то тип с барским голосом и сделал заказ.
– Какой заказ? Что ты несёшь?
– А ты слушай. Сядь и слушай. Записку он получил. Записку всего лишь, анонимку. А там и говорится, что вместо свадьбы состоятся похороны. А ты должен провести расследование. Вот и всё. Насчёт оплаты, сказал, могу не беспокоиться. В смысле, ты можешь не беспокоиться. Я уж не стал говорить, что я – это не ты. От твоего имени, в общем… Да, прекрасно поговорили. И завтра тебе надо быть…
– Что?! – рявкнул Пётр и хватил кулаком по столу. – Завтра я вылетаю в Грецию! Я ж говорил тебе!
– Ты сказал: в субботу.
– А завтра и есть суббота!
– Ха! А я думал, что в следующую… Мне если что предстоит завтра или послезавтра, то я так и сообщаю. И без всяких, понимаешь, суббот и понедельников. – Жек выглядел несколько растерянным. – А жаль. Я ведь уж на комиссионные губу слегка подраскатал.
– Закатывай обратно. И звони давай.
– Отказаться?
– Ну а как? Давай-давай! А я пока креветок отварю.
И Пётр, тяжёлый и грузный, недовольно бурча что-то себе под нос, отправился на кухню. Жек посмотрел ему вслед почти с ненавистью, уж во всяком случае, не без презрения. Увалень-пивопоглотитель! Всю жизнь за окладишко бы держался. Ему классное дельце предлагают – за деньги к тому же, – а он и интереса даже не проявил, пельмень варёный.
Жек поднялся и нехотя направился к телефонному аппарату, взял трубку, повертел её, а затем с усмешкой положил обратно. Гениальная мысль пришла ему в голову. Завтра он сам поедет к этому жуку, да, отправится к этому Владимиру Никифоровичу вместо Петьки и провернёт это дельце! И не хуже этого хвалёного опера с двадцатилетним стажем справится.
И действительно, чем он Петьки-то хуже? Опыт – это не главное. Отнюдь. Документы, надо полагать, не потребуются – созвонились же. И получит он не комиссионные, а гонорарчик в полном объёме.
– Позвонил? – заглянул в комнату Пётр.
– Естес-ственно, дорогой, – разведя руками, с поклоном ответствовал Жек.
– Ну и ладушки, – обрадовался Пётр. – А что там случилось-то?
– Тебе не интересно, – поморщился Жек. Он опустился в кресло и с хрустом потянулся. – Езжай спокойненько. Забудь, короче.
Когда креветки уже были на столе и пиво полилось по пищеводам в желудки братьев, Пётр снова стал выспрашивать у Жека о телефонном звонке.
– Что там ты про похороны говорил? Ну!
– А ты сдашь путёвку и…
– Да нет, конечно, – словно даже испугался такой перспективы Пётр. – Просто любопытно.
– Мужик этот получил письмо, в котором сообщается, что вместо свадьбы состоятся похороны.
– Чьи?
– Неизвестно. А чья свадьба, я тоже толком не понял. Короче, у них кто-то жениться собрался, а тут эта записка. Вот мужик и встревожился.
– А я тут при чём? Будет труп – проведём расследование. Он почему ко мне-то обратился?
– Порекомендовал ему кто-то тебя. Он назвал фамилию, да я не вникал. А что касается трупа, то труп тебе нужен, а ему, похоже, наоборот, без надобности.
– Не, мне тоже не нужен. Но анонимка – это ещё не преступление. Может, пошутил кто-то. От слов до дела – дистанция огромного размера.
«На месте разберёмся», – мысленно ответил собеседнику Жек. Вслух же задал брату вопрос:
– Ты мне трубку свою не одолжишь на время? Была у тебя где-то, рыженькая такая.
– Трубку? Могу подарить даже. Она есть где-то, найду. А что, трубки у шулеров в моду вошли?
– Я не играю сейчас. Я же говорил тебе, – скривился Жек.
– Ждёшь, когда рёбра срастутся? – продолжал язвить Пётр. – Эх, Жека, Жека, и когда у тебя мозги функционировать начнут?
– Завтра с утра, – высокомерно оттопырил губу Жек, представив, как, попыхивая трубочкой, он прогуляется по Знаменке, а затем войдёт в подъезд и картинным жестом бросит указательный палец на кнопку звонка. Впрочем, нет, он поедет на машине, и не на своей убогонькой, а на «Пассате» Петьки. И он сказал: – Слышь, братишка, ты мне свою выездную карету не пожалуешь на время? Моя разваливается окончательно, а денег на ремонт нет. Совсем убитая моя старушка. Я тебе заплачу за аренду.
