— Ромэн был другим. Мы были знакомы много лет, являлись лучшими друзьями. И не то чтобы я знал, что он ведет меня в какое-то чертово путешествие по самопознанию.
— Но ведь у вас были к нему чувства…
Ее слова вынуждают меня задуматься:
—
— У вас были чувства к Ромэну. Я прочитала все ваши файлы, каждое слово. И вижу, как вы напрягаетесь, когда я говорю о нем, или как смотрите на меня, когда мы начинаем его обсуждать. Я могу распознать влюбленность. —
— Ни хрена вы не знаете, — рычу я.
— Разве? — с вызовом спрашивает доктор Фултон, выгибая бровь. — Тогда как вы объясните свои чувства к Риверу?
— Я не испытываю к нему ничего, кроме презрения и отвращения. Особенно, когда он начинает вести себя как ублюдок, делая всё возможное, чтобы вынести мне мозг.
— Вывести из себя, — поправляет она. — Но разве вы вините его за то, что он срывается на вас? Вы ведь понимаете, почему Ривер так себя ведёт?
Конечно, понимаю. Она считает, что я тупой?
Я знаю, что Ривер срывается на мне из-за моих же поступков. Всего этого можно было бы избежать, если бы я с самого начала был предельно откровенен. В тот же момент, как узнал об ориентации Ривера.
Но ведь я
— Да без разницы, — огрызаюсь я, не желая больше об этом думать. Бросаю взгляд на часы, отмечая, что до конца сеанса осталось больше получаса. Но я не могу здесь оставаться, не испытывая гнев. — Всё это не имеет значения. И мы больше не будем об этом говорить.
Поднявшись с дивана, я подхожу к двери и открываю ее рывком, останавливаясь на пороге, когда слышу голос Фултон:
— Вы не можете все время убегать, Киран. Рано или поздно вам придется столкнуться с реальностью.
Ривер
Клянусь Богом, мне стоит сходить к психоаналитику, потому что, несмотря на любые нападки Рейна, я все ещё не могу избавиться от своего влечения к нему.
Сейчас раннее утро. Мы с Гарретом одеты в спортивные шорты, футболки и красные пинни16, а наша тренировка проходит вместе с ресиверами. В том числе и Кираном, конечно же. Я отхожу в сторону, чтобы передохнуть, а в этот момент Гаррет делает Грейди длинную передачу. Я замираю от восторга, наблюдая, как мяч плывет по полю, а затем идеальной спиралью благополучно приземляется в руки Рейна.
Меня охватывает эйфория от того, как выглядит Киран, когда ловит мяч.
Впечатленный до чертиков, я подбегаю к Гаррету и шлепаю его по заднице, прежде чем схватить за шею и грубо притянуть к себе.
— Вот об этом я и говорил, — гордо восклицаю я, прежде чем игриво его оттолкнуть.
Парнишка, будучи всего на два года младше меня, изо всех сил пытался приспособиться к уровню мастерства, необходимому для игры в первом дивизионе. В основном, он совершает мелкие ошибки: немного неуклюж на тренировках из-за волнения или слабо держит мяч. Я не могу винить его, в конце концов, Гаррет всего лишь первокурсник и совсем зеленый, однако сегодня его звездный час. И судя по широкой ухмылке на его лице, он тоже об этом знает.
— Ты отлично смотришься, Джи, гораздо увереннее, чем неделю назад, — говорю я ему, и его улыбка становится еще шире. — Есть только один момент, над которым тебе стоит поработать. В конце концов, он спасет твое плечо.
Бросая мяч ему в руки, я жестом приглашаю парнишку встать в позицию для броска. Как только Гаррет принимает правильную позицию, я сжимаю его локоть и слегка поправляю, перемещая в нужное положение.
— Когда делаешь много бросков, убедись, что твоя рука находится в правильном положении, — продолжая говорить, я скольжу ладонью под его бицепс, чтобы поправить позу. — Для броска не нужно вскидывать руку. Такое положение чревато проблемами для сустава и связок, а значит, возможен сопутствующий урон. Зачем рисковать и получить травму плечевого сустава, если ее можно предотвратить, располагая руку правильно?