Хорошо так… как будто мне нравится это ощущение.
Но оно такое неправильное. Ужасно неправильное, и я хочу, чтобы он остановился.
— Я сделаю все, что угодно, — всхлипываю я, сопли и слезы покрывают каждый дюйм моего лица. — Пожалуйста, просто перестань.
Но ничего не выходит. Он не останавливается.
И как только я понимаю, что мои усилия тщетны, я плачу тихими слезами, задыхаясь от желчи, которая продолжает подниматься в моем горле. Она грозит выплеснуться на кровать, если я снова открою рот.
Я борюсь с болью, пронзающей мою голову, в то время, как его тело дарит мне ощущения, от которых становится хорошо, как и обещал отчим. Непонятно, как я могу любить то, чего не хочу. Меня от этого тошнит. Так тошнит, что хочется заблевать всю шикарную кровать отчима.
Я хочу быть где угодно, только не здесь.
И не могу не задаться вопросом, что же такого сделал, чтобы это заслужить.
Ведь я только и делал, что подчинялся каждому его требованию, как и подобает хорошему мальчику.
Внезапно что-то меняется, моя реальность превращается в совершенно новую сцену.
Я не чувствую его толчков, боль прошла, и я больше не двенадцатилетний подросток, прикованный к кровати.
Нет, я уже взрослый.
Я — это я, двадцатиоднолетний студент университета. Смотрю вниз, рассматривая свои руки, покрытые татуировками, и меня охватывает чувство облегчения.
То есть, пока не замечаю…
Что теперь я… делаю то, что отчим делал со мной.
— Пожалуйста, пожалуйста, остановись, — умоляет голос, когда я двигаю бедрами, трахая парня жестко и быстро. Мольба мягко слетает с его губ, словно музыка для моих ушей, но я игнорирую ее. Он повторяет слова снова и снова, и тон его голоса почему-то кажется мне знакомым.
Но я не пытаюсь докопаться до сути.
— Киран, пожалуйста, перестань, — снова говорит он, когда я смещаюсь и толкаюсь глубже, чем раньше. Его мышцы настолько тугие, что ощущения просто невероятные.
Я мог бы кончить в любую секунду, если бы он только прекратил свое нытье.
Мои пальцы скользят по волосам, крепко сжимая каштановые пряди в кулаке, прежде чем прижать парня лицом к матрасу, чтобы он заткнулся.
Он кричит в матрас, пока я трахаю его, пытаясь получить от его тела то, что мне нужно. Свободной рукой я скольжу по гладким мышцам его плеч и спины, мягко их лаская. Мне нравится его кожа на ощупь. Электризующее ощущение.
Мои пальцы скользят вниз по его ребрам, и я замечаю татуировку.
Две строчки, выгравированные чернилами.
Цитата, которая, как я знаю, принадлежит Джону Мьюру.
И в лес иду, чтобы сойти с ума и обрести душу.
Я уже видел ее раньше.
В этом же самом месте…
