Алиса не ожидала оказаться в тёплых объятиях. Открыв глаза, она увидела, что лежит на мужской груди, на песке, возле реки Хан. Не сдержавшись, девушка зарыдала, громко и так по-девичьи мило. Сжав ткань рубашки Чимина, она уткнулась носом в его грудь. И Алисе было всё равно, если сопли и слёзы останутся на его одежде, её это не волновало совсем, ведь она была с ним, а он с ней.
«Я спас её… Чёрт, я правда спас её…», — подумал Чимин, положив свою ладонь на её дрожащую от плача голову. — «Почему мне так… тепло сейчас на душе?» — одинокая слезинка скатилась по щеке и растворилась в песке. Пак обнял Алису ещё сильнее, вдыхая запах её волос и кожи. От неё пахло выпечкой. Как ванильно.
========== Гордыня (Часть 1) ==========
Весь Париж был окутан объятиями осени. Самый романтический город встретился с самым трепетным временем года, поистине прекрасное сочетание. Осень в Париже действительно великолепна, чего только стоит эта палитра красок на улицах города. Девушки в это время года особенно прекрасны: их чёрные шляпки, что им так идут, делают их столь загадочными, а губы с красной помадой манят сильнее обычного. Любой житель Парижа скажет, что парижанки осенью чудесны, а кто будет это отрицать –
просто не был был во Франции. Он не видел, как жёлтые листья аккуратно падают на уложенные женские волосы, красиво развевающиеся на ветру. Не видел их холодный, но манящий взгляд, прячущийся под ресницами. Не чувствовал тепло замёрзших пальцев, прикоснувшихся к твоей щеке.
У парижанин никогда не было той накрученной осенней хандры, для них осень – это повод радоваться. Долой грусть и иди гуляй по улицам Парижа! Но иногда осень бывает очень холодна и страшна. Гроза и гром, что опаляют небосклон, портят всю теплоту и романтику города. Смотря на то, как дождь падает на землю, сердце начинает ныть. “Даже капельки дождя имеют приятелей, а я одинок” – так может подумать каждый, оказавшись без зонтика на улице, под дождём, совсем одним. Мечтательно смотреть вдаль, чувствуя, как капли просачиваются через одежду – такому человеку очень одиноко.
Тэхён был так мал, но взял на себя такую ответственность, такую непосильную ношу. И почему он не отговорил Намджуна от этой затеи. Ким уважал лидера, понимал, что он не желает никому зла, но его методы борьбы с Богом смахивают больше на самую настоящую бездну: тёмную, страшную и одинокую. Плач Тэхёна был безмолвным, никто не слышал и не видел этого. “Мужчины не плачут”, что за ужасная и несправедливая фраза? Почему у парня нет права выплеснуть то горе, что хранилось в его сердце? Что он должен был предпринять в этой ситуации?
Так больно и так тоскливо, Тэхён скучает по тем временам, когда он смеялся со своими друзьями и ничто не напоминало ему, кто он есть на самом деле. Ким бежит от проблем, так быстро, как может, но они быстрее и настигли его сразу же, как только айдол смог спокойно выдохнуть. Он пришёл вместе с молнией. Тэхён улыбнулся и, не оборачиваясь, спросил:
— Решил зайти со спины?
На его плечо легка мужская рука, даже по форме ногтей Ким смог понять, кто к нему пришёл. Хосок обошёл скамейку и сел рядом с Тэхёном, любуясь дождём. Хён потёр нос и тихо чихнул, получив от соседа сухое: “Будь здоров”.
— Погода в Париже прекрасна, даже несмотря на дождь, – сказал Чон.
— Я думал, ты пришёл меня отчитывать.
— Как я могу ругать такого милашку, –
Хосок без разрешения потискал Тэхёна за щёку, чем тот был очень недоволен. – Ну, – Чон посерьёзнел, – Был бы я Намджун-хёном, наругал бы, но я ведь не он.
— Ты тоже имеешь на это право. Я ведь обуза для вас, шатаюсь из города в город, пока вы накапливаете энергию, наверно, и Бог уже думает, что я бездельник…
— Он уже запечатан, – перебил друга Хосок, гордо улыбнувшись. – Мы смогли его запечатать, и скоро наш план осуществится.
— И сколько душ потребовалось, чтобы запечатать самого Бога?
— Хм… – Хосок потёр подбородок, – если сложить все, что мы собрали, выйдет в районе сотни.
— Ты сейчас не шутишь?.. – голос Тэхёна погрубел и затих. – Вы убили сотню ни в чём не повинных людей?!
Ким вскочил со скамейки и схватил Хосока за грудки, царапая ногтями чужую кожу. Тэхён был в ярости, его вены на руках пульсировали, а глаза – те демонические глаза, что смотрели прямо в душу – казалось, загорелись. Обычные люди боятся, но Хосок аж заулыбался, увидев своего друга таким. Его глаза полны крови, за спиной видны очертание крыльев – Тэхён прекрасен. Чон, дотронувшись до щеки друга, почувствовал жар чужого тела: пламя преисподней текло в нём.
— Как бы ты не пытался стать человеком, твоя сущность никуда не пропадёт, ты демон…
— Нет, я человек! – возразил Ким, сжав Хосока сильнее.
Чон исчез на мгновение, вдруг оказавшись за спиной Тэхёна. Снова положив ему руку на плечо, Алчность наклонился к уху Гордыни и произнёс:
— Если так хочешь доказать, что человек, спаси вот эту девушку, – Хосок показал другу фото.
