В последний момент, перед тем как реальность вернулась на место, она успела заметить три вещи: кукла в руках девочки медленно подмигнула ей; тень от фонтана легла не туда, куда должна была; а на внутренней стороне крышки коробочки мерцал странный символ — три переплетённых круга.
Затем всё стало обычным — шум воды, крики птиц, шелест листьев. Девочки на скамье не было. Только холодная коробочка в руке напоминала, что это не сон.
Пожилая женщина медленно поднялась. «Сколько времени прошло?» — мелькнула тревожная мысль. Часы показывали ровно 7:55. Всего две минуты. Но она знала — что-то изменилось навсегда.
Сердце забилось чаще. Что это? Галлюцинация? Гипноз? Или, может быть, Вадим был прав насчёт технологий будущего?
После стольких лет, проведённых среди книг,библиотекарша знала: иногда самые невероятные истории начинаются именно так — с тихого шелеста страниц и таинственного шёпота между строк.
Она вновь оглянулась, поправила на себе одежду и, как ни в чём не бывало, продолжила путь на работу.
Всё произошло так, как сказал голос. К её столу подошёл молодой человек лет двадцати пяти-двадцати семи. Высокий, статный, с благородными чертами лица, он напоминал героя из старинного романа. Но опытный взгляд библиотекарши сразу заметил — за внешним спокойствием этого парня скрывалась настоящая буря.
Его глаза, похожие на предгрозовое небо, казалось, хранили глубину невысказанной тоски. Беспокойные пальцы нервно взъерошили и без того непокорные пряди волос цвета тёмного янтаря. А этот прищур... Казалось, он не просто смотрит на мир, а вглядывается сквозь него внутрь себя, пытаясь найти ответ на неведомые вопросы.
— Марсель Маратович Кольцов, — представился он, кладя на стойку читательский билет. Тот самый номер... Его голос звучал ровно, но в нём чувствовалась какая-то робость, словно молодой человек стеснялся её потревожить. — Пять дней назад я заказывал несколько книг. Мой заказ должен быть у вас в системе. Вот его номер.
Наталья Борисовна машинально проверила компьютер, но не могла оторвать глаз от парня. В его печальном взгляде читалась осязаемая боль и необъяснимая, завораживающая сила. Когда он улыбался, в уголках его глаз появлялись лучики морщинок, делая его лицо ещё более загадочным.
— Да, ваш заказ готов, — кивнула библиотекарша, стараясь сохранить профессиональный тон. — Красивое имя, Марсель. Ваш отец увлекается французской культурой?
— Это семейная традиция, — ответил он, и его прищур стал чуть заметнее. — Мой дед жил на улице Марата и боготворил идеи французской революции. Назвал именем кумира моего отца, а тот продолжил традицию.
— О, какая интересная история! — оживилась почтенная дама. — Кстати, сегодня мы вручаем значки членам клуба любителей фантастики. Позвольте... — Она вышла из-за стойки и аккуратно прикрепила значок к лацкану его пиджака. — Идеально подходит!
Марсель поблагодарил лёгким кивком, и библиотекарша снова отметила необычный цвет его глаз — они действительно напоминали грозовое небо. Тёмно-серые, глубокие, полные скрытой энергии.
— Проходите в читальный зал, — жестом указала она. — Ваши книги будут у вас через пару минут. Добро пожаловать в Российскую государственную библиотеку!
Когда он ушёл, Наталья Борисовна ещё долго смотрела ему вслед, задаваясь вопросом: какая же тайна скрывается за этим Эдмоном Дантесом Александра Дюма? А ведь красавцу с печальным взглядом было всего двадцать пять...
***
Всё началось с ощущения, что за мной следят.
Я шел по улице, и мне казалось, будто чьи-то глаза впиваются в спину. Оглядывался — никого. Прохожие шли мимо, не обращая на меня внимания. Машины проезжали, не замедляя ход. Но чувство не исчезало.
«Это паранойя», — убеждал я себя.
Я не шпион, не преступник, не должник. Врагов не нажил. Я всегда старался избегать конфликтов и со всеми находил общий язык. Про таких обычно говорят — скучный и правильный. Одним словом — серая мышь. Меня даже девушка из-за этого бросила. Звёзд с небес, видите ли, не хватал. Некому было за мной следить. Ценного я с собой не носил, ничего не украл и к государственным секретам доступа не имел.
Бред. Или наваждение.
Я — Марсель Кольцов, человек, чья жизнь словно застыла в туманной пустыне неудач. Врач по профессии, мечтатель по натуре и вечный беглец от самого себя.
Каждое утро погружало меня в однообразие будничного существования. Унылый звон будильника разрывал тишину спальни, и я, как механическая кукла, подчинялся рутине: потёртый халат, который уже давно потерял свой первоначальный цвет, становился моей бронёй для встречи с очередью пациентов. Их голоса сливались в монотонную какофонию:
— Доктор, у меня давление!
— Доктор, мне бы больничный!
— Доктор, да что вы вообще понимаете?!
Истина заключалась в том, что я действительно ничего не понимал. Особенно в самом себе.
Но хуже всего было осознавать, что Вика оказалась права...