На протяжении всей истории династического Египта многие фараоны использовали постройки своих предшественников, зачастую намеренно стесывая картуши с их именами и заменяя собственными. Поэтому нет серьезных оснований полагать, что Хафра должен был устоять перед соблазном связать Храм долины со своим именем, особенно если в его сознании последний ассоциировался не с кем-то из предшествующих древних правителей, а с великими «богами», которые, как считали древние египтяне, принесли цивилизацию в долину Нила в ту далекую и мифическую эпоху, которую они именовали Первым Временем[33]. И Хафра вполне мог считать, что, поставив свои прекрасные статуи в натуральную величину в месте такой древней и таинственной славы, к которой он не смог бы приобщиться никаким иным способом, можно рассчитывать на вечные дивиденды. Если к тому же Храм долины ассоциировался с именем Осириса, с которым любой фараон мечтал повстречаться в вечной жизни[34], то стремление Хафры установить с ним прочную символическую связь при помощи скульптур становится еще более понятным.
После того как я пересек мостовую, выбранный путь привел меня на каменистое поле «мастаба», где менее знатные представители Четвертой Династии были захоронены в земле под надгробными камнями в форме скамей
В плане храм имеет форму квадрата со стороной 44 метра. Он строился с учетом наклона плато, которое на западе несколько выше, чем на востоке. В результате при высоте западной стены всего лишь 6 метров, высота восточной стены достигает 12 метров.
С юга храм выглядит как клинообразное сооружение, приземистое и мощное, прочно стоящее на скальном основании. При ближайшем рассмотрении оказалось, что в его конструкции имеются некоторые особенности, глубоко чуждые и необъяснимые с точки зрения современного наблюдателя, — впрочем, возможно, столь же чуждые и необъяснимые для древних египтян. Начнем с того, что там полностью отсутствуют (и внутри, и снаружи) какие-либо надписи и другие пометки, способствующие его идентификации. В этом отношении, как может заметить читатель, Храм долины вполне можно сопоставить с рядом других анонимных и не поддающихся датировке сооружений на плато Гиза, включая большие пирамиды (а также с таинственным сооружением в Абидосе под названием Осирион, о котором мы подробно поговорим в следующей главе); в то же время именно этим он очень сильно отличается от типичных произведений древнеегипетского искусства и архитектуры, обильно декорированных всяческими орнаментами и надписями[35].
Другой важной и необычной особенностью Храма долины является то, что его несущая конструкция
Не кажется ли это загадочным?
Египтологам не кажется; мало кто из них потрудился как-нибудь прокомментировать, разве что самым поверхностным образом, колоссальный размер блоков и проблемы их монтажа. Как мы видели, вопросы подъема 70-тонных блоков на уровень камеры Царя в Великой пирамиде тоже не вызвали особых комментариев со стороны сообщества египтологов, так что отсутствие интереса к Храму долины тоже не является неожиданным. Тем не менее вес блоков действительно поразителен, и это заводит нас не только в другую эпоху, но и в другую
И вообще, как строители храма поднимали эти колоссальные мегалиты на 12-метровую высоту?
В настоящее время в мире существуют только два наземных врана такой грузоподъемности. Это огромные промышленные машины для работы на переднем крае современной строительной индустрии, у которых стрела поднимается в воздух почти на 70 метров; чтобы они не переворачивались, требуются 160-тонные противовесы. Каждый из них обслуживает бригада из 20 квалифицированных специалистов. Для подготовки к подъему тяжестей требуется около шести недель.
Иными словами, работа с 200-тонными грузами находится почти на пределе возможностей современных строителей, вооруженных передовой техникой. Не удивительно ли, что для строителей Гизы это было почти обычным делом?
