«О Царь, ты — Великая Звезда, спутник Ориона, что пересекает небо вместе с Орионом… ты восходишь на небо на востоке, обновляясь в свой сезон и омолаживаясь в свое время…»
Хотя эти сентенции, несомненно, прекрасны, в них нет ничего экстраординарного, и их вполне можно приписать народу, который, по выражению французского археолога Гастона Масперо, «всегда оставался полудиким». А поскольку Масперо был первым египтологом, вошедшим в пирамиду Унаса 28 февраля 1881 года, и считался крупным специалистом по Текстам пирамид, нет ничего удивительного, что его мнение сформировало реакцию на них в академических кругах, тем более что он начал публиковать свои переводы еще в 1880-х годах. Масперо (с небольшой помощью шакала) открыл миру Тексты пирамид. В дальнейшем авторитет его предрассудков играл роль фильтра, препятствующего равноправному положению различных вариантов перевода наиболее туманных и сложных текстов. Это казалось мне, мягко говоря, неудачным обстоятельством. На практике это означало, что, несмотря на технические и научные загадки, представленные такими памятниками, как Великая пирамида в Гизе, ученые, к сожалению, оставили без внимания смысл отдельных поразительных мест в Текстах пирамид.
Эти места подозрительно напоминают попытки выразить сложные научно-технические понятия
Возьмем, к примеру, кое-что из необычного снаряжения и предметов, предназначенных для транспортировки фараона к месту его вечного успокоения среди звезд:
«Боги, что в небе, прибыли к тебе; боги, что на земле, собираются к тебе. Они подставляют тебе свои руки, они делают лестницу для тебя, чтобы ты мог взойти на небо. Двери неба распахнуты перед тобой, двери звездного небосвода распахнуты для тебя».
Возносящийся фараон отождествлялся с Осирисом, и о нем часто говорили как об Осирисе. Сам Осирис, как мы уже знаем, часто ассоциировался с созвездием Ориона. Говорили, что Осирис-Орион был первым, кто поднялся по великой лестнице, сделанной богами. Некоторые Тексты «не оставляют сомнения в том, что эта лестница не поднималась с земли до небес, а наоборот — ее спускали с неба на землю. Ее называли
Интересно, имеем ли мы здесь дело лишь с причудливой фантазией полудиких жрецов? Или эти аллюзии могут иметь какое-то другое объяснение?
Высказывание 261 гласит:
«Царь — это пламя, движущееся, опережая ветер, на край неба и на край земли… Царь путешествует по воздуху и пересекает землю… ему доставляют способ восхождения на небо…»
Высказывание 310 переходит к форме диалога:
«О ты, чье зрение на его лице и чье зрение на его затылке, принеси мне это!»
«Какой паром принести тебе?»
«Принеси мне то, что летает и светит».
В высказывании 332 сообщается (по-видимому, от имени царя):
«Я тот, кто спасся от свернувшейся кольцами змеи, вознесясь в потоке пламени, повернувшем меня. Два неба идут ко мне».
В высказывании 669 спрашивают:
«При помощи чего может царь взлететь?»
И отвечают:
«Нужно, чтобы тебе принесли [непереводимое слово] корабль и [пропущено] [непереводимое слово] птицу. С помощью этого ты взлетишь… Ты взлетишь и опустишься».
Другие места, как мне представляется, тоже заслуживают более тщательного изучения, чем то, которому их подвергали ученые. Вот несколько примеров:
