«В системе майя путь, пройденный временем, простирался в такое далекое прошлое, что человеческий разум оказывался бессилен постигнуть его. Однако майя бесстрашно отправлялись назад по этому пути, стремясь обнаружить его начало. На каждом этапе этого пути открывался новый вид в прошлое: столетия сливались в тысячелетия, а тысячелетия — в десятки тысяч лет по мере того, как эти неутомимые исследователи все глубже опускались в бездну вечности. На каменной стеле из Кириги в Гватемале вычислена дата, отстоящая на 90 миллионов лет в прошлое; на другой стеле есть дата неизвестного события, произошедшего более 300 миллионов лет назад. Это результаты настоящих расчетов, с правильно указанными месяцами и днями, сравнимые с нашими календарными расчетами, когда мы хотим узнать, на какие числа и месяцы выпадал праздник Пасхи в далеком прошлом. Голова идет кругом от таких астрономических цифр…»
Не кажется ли все это слишком авангардным для цивилизации, не особенно выдающейся в иных отношениях? Действительно, архитектура майя была хороша в определенных пределах. Но эти индейцы, жившие в джунглях, не совершили практически ничего, что предполагало бы их способность (или потребность) оперировать настолько огромными интервалами времени.
Прошло менее двухсот лет с того момента, когда большинство западных интеллектуалов отказались от мнения епископа Ашера о том, что мир был сотворен в 4004 году до нашей эры и пришли к выводу, что это произошло гораздо раньше. Проще говоря, это значит, что древние майя обладали гораздо более точным знанием о продолжительности геологических эпох и глубокой древности нашей планеты, чем любой житель Британии, Европы или Северной Америки до того, как Дарвин предложил на обсуждение свою эволюционную теорию.
Как же получилось, что майя умело обращались с периодами времени, охватывавшими сотни миллионов лет? Было ли это своеобразной причудой их культурного развития или же они унаследовали математический и календарный аппарат, способствовавший такому пониманию вещей? В последнем случае будет уместно задать вопрос о том, какой смысл вкладывали настоящие создатели календаря в свои изощренные схемы и вычисления. Для чего он был предназначен? Неужели они пошли на такие труды лишь ради того, чтобы «бросить вызов интеллекту и создать некую разновидность гигантской анаграммы», как предположил Томпсон? Или же они имели в виду более важную и прагматичную цель?
Как мы могли убедиться, майя (и представители всех других древних культур Центральной Америки) были одержимы задачей рассчитать и по возможности отсрочить грядущий конец света. Не с этой ли целью был изобретен загадочный календарь? Не мог ли он служить механизмом для предсказания некоей ужасной космической или геологической катастрофы?
Во многих преданиях Центральной Америки можно найти упоминание о том, что Четвертая эпоха нашего мира закончилась очень плохо. За катастрофическим Потопом последовал долгий период, когда свет солнца исчез с небосвода и земля была погружена в мрачные сумерки.
«Тогда боги собрались в Теотиуакане [ «Место богов»] и беспокойно гадали, кто станет следующим Солнцем. Только священный огонь [материальное воплощение Уэуэтеотля — бога, давшего начало жизни] был виден во тьме, все еще содрогавшейся после недавнего хаоса. «Кто-то должен пожертвовать собой и броситься в огонь, — воскликнули они. — Лишь тогда мы снова обретем Солнце».
